Когда ночь сменяет ночь

Вообще-то решение я уже приняла, но этот довод утвердил его окончательно. Теперь осталось набраться смелости и признаться во всём Доминику…

[1]Боудикка (кельт. Boudica) — легендарная королева кельтского племени иценов, в 61 г. н.э. подняла восстание против занявших Британию римлян и сравняла с землей несколько римских городов.

[2] В кельтской мифологии "остров блаженных", потусторонний мир (прим. автора).

Глава 18

Народная мудрость гласит: "Гнев любящего недолог". От себя я могла бы добавить: но страшен! Доминик и без того был в состоянии лёгкой истерики из-за моего неожиданно долгого отсутствия, но его бешенство при виде витиеватого кельтского узора на моём теле было поистине пугающим.

И это я ещё умолчала о том, что символов — два, и о действии одного из них…

— О чём ты думала? Как это пришло тебе в голову!

— Я не в силах и дальше безвылазно сидеть в этом мире, — попыталась оправдаться я. — В конце концов, это всего лишь ещё один союзник…

— Ты называешь союзником одержимого садиста, который развлекается тем, что мучает похожих на тебя женщин, представляя, что каждая из них — ты?

— Откуда ты знаешь?.

.

— Нетрудно догадаться! Последний раз я видел его в компании девицы, которая со спины могла быть твоим двойником!

— Притом, что тёмные волосы — такая редкость.

Руки Доминика метнулись ко мне, но он сразу их отдёрнул.

— Честное слово, мог бы тебя задушить!

Подумав что пора бы закончить ссору, я приняла самый покаянный вид:

— Пока ты носился за Диким Охотником, я с ума сходила от тревоги, не имея ни малейшего понятия, вернёшься ты вообще или нет.

Я бы в ад спустилась, чтобы узнать, где ты и что с тобой, так неужели ты думаешь, меня мог испугать какой-то психопат?

Лицо Доминика едва заметно смягчилось, но в янтарных глазах по-прежнему горела ярость.

— Ты знаешь, чем меня зацепить. И не могу сказать, что на меня это не действует. Но неужели ты думаешь, я хочу, чтобы ты выручала меня, вверившись невменяемому идиоту?

— Не думаю…

На этом я, пожалуй, исчерпала силу слов и, обвив руки вокруг шеи Доминика, легко коснулась его губ.

Тело Доминика напряглось, как струна. Он стиснул мою талию, будто собирался меня отстранить, но только хрипло заявил:

— Я не закончил.

Упрямое нежелание Доминика поддаваться моим чарам, хотя давалось ему это явно с трудом, в конце концов разозлило и меня.