Когда ночь сменяет ночь

Первая встреча с Эдредом в доме Толлака, холодный озноб, в который меня бросило от одного его вида… Если бы Акеми тогда не вмешалась… Ну, конечно! Акеми! Она должна знать, где обитает Эдред! И найти её я смогу. Пару недель назад мы с Домиником проносились по живописной местности к северу от Киото, и Доминик небрежно кивнул на один из похожих на маленькие пагоды домиков:

— Кстати, этот принадлежит Акеми и Лодовико. Ты говорила, что встречалась с ними у Толлака…

[1] Вестра-Гёталанд — область на западном побережье Швеции.

[2] Слейпнир (др. —сканд.) — "скользящий" или "живой, проворный, шустрый".

[3] О́дин — верховное божество в германо-скандинавской мифологии, бог-шаман, знаток рун и саг, а также бог войны и хозяин Вальхаллы. Оружие Одина — копьё Гунгнир, которое всегда попадает в цель. У Одина множество имён и прозвищ. Одно из них — Har, т.е. "высокий".

[4] Вальхалла (др. исл. Valhöll) — "дворец павших". В германо-скандинавской мифологии — небесный чертог в городе асов Асгарде, рай для эйнхериев — павших в бою воинов, в момент смерти не выпустивших из рук оружие.

Эйнхерии составляют свиту Одина.

[5] Викинги часто совершали набеги на Оркнейские острова. Время от времени холм Мейсхау даже служил им жилищем. На стенах погребальной камеры они оставили рунические надписи.

[6] Craps (англ.) — кости.

[7] Рагнарёк (др. —сканд. Ragnarøkr) — гибель богов и всего мира, следующая за последней битвой между богами и чудовищами подземного царства.

[8] Вотан — германский эквивалент Одина.

[9] Согласно скандинавским мифам, чтобы постичь силу рун, Один принёс самого себя в жертву. 9 суток он провисел на стволе ясеня Иггдрасиля, прибитый к нему своим же копьём.

Глава 14

Никогда ещё время не тянулось так медленно. Я едва дождалась заката в Стране Восходящего Солнца. Вокруг аккуратного, почти игрушечного домика росли клёны с огненно-красными листьями, под окнами пышно цвели хризантемы. Сад был очень ухоженным, и это внушало надежду, что Акеми наведывается сюда часто. Однако, вдоволь набродившись меж клёнов, я начала сомневаться, что этой ночью её дождусь.

Конечно, я буду возвращаться сюда снова и снова, но… Мне вдруг показалось, что за мной наблюдают. На ветру шелестели листьями клёны, тихо пел сверчок… Совсем рядом послышался шорох, будто под ногой хрустнула ветка, и негромкий, немного жеманный голос произнёс:

— Поздноватый час для нежданных гостей.

Я повернулась, бледнеющий свет луны упал на моё лицо.

— Для ожидаемых — тоже.