Дебютантка - 2, или Брачный контракт

Олаф за ним присматривал. Я приказала камердинеру не отходить от деда ни на шаг и, если понадобиться, тотчас же звать меня, а я снова отправлюсь за доктором Грэхемом.

Побреду по колено в воде или даже поплыву – меня ничто не остановит!

Зато наша противная родня Ричмонды так долго праздновала потерю в пожаре собственного дома, что сейчас дядя Маркус храпел в своей комнате. Тетя Розалин отлеживалась с больной головой, не в силах подняться с кровати, и я думала, что виной тому вовсе не мигрень, как она всем сообщила, а банальное похмелье.

Юджин Ричмонд куда-то укатил с утра пораньше и с тех пор не возвращался.

Зато двоюродная сестра, услышав о наводнении, уставилась на меня с привычным презрением в глазах, словно ее, королеву Лорну, нисколько не интересовали ни возня с мешками, ни попытки сберечь ценное в доме, в котором они обосновались, как в своем.

Возможно, потому что ее это нисколько не интересовало.

- Нечего вам тут стоять, мисс Кэрри! – встревоженным голосом произнесла Молли.

Она была права – дел накопилось предостаточно.

К тому же я собиралась выкроить свободную минуту и написать ответ своей подруге, принцессе Джорджи, не совсем уверенная в том, каким образом я смогу его отправить.

Утром, когда с передвижением по столичным улицам все еще было не настолько плохо, явился курьер и привез от нее письмо. В нем Джорджи сообщала, что принцесса Мари-Энн почти полностью оправилась после своей болезни.

Правда, она все еще оставалась в постели, но к ней уже допустили королевских лекарей.

Также ее успел проведать жених, старший брат Джорджи кронпринц Конрад.

Моя подруга тоже навестила принцессу Эльмарена, пусть всего лишь на несколько минут, и теперь извещала меня, что с Мари-Энн все в порядке.

Единственное, помимо слабости после перенесенной тяжелой простуды у принцессы появилась еще и аллергия. Воспалились глаза, поэтому окна в ее спальне держат зашторенными и, чтобы она могла показаться посетителям, на принцессу накинули легкое иллюзорное заклинание.

«Но с Мари-Энн все хорошо, – писала мне Джорджи. – Скоро она окончательно поправится, и когда этот глупый дождь с наводнением закончатся, я обязательно вас познакомлю.

Она очень милая. Такая же, как и ты, Кэрри!

Уверена, вы с ней непременно подружитесь!»

Письмо Джорджи заставило меня надолго задуматься.