Я (не) буду твоей, дракон!

Сморгнула слезы, и уставилась на Вика с искренним удивлением: — Какие такие несколько стихий?

— Я обязательно расскажу тебе, — загадочно улыбнулся этот чешуйчатый гад. — Но позже. Не плачь, пожалуйста, мне, как оказалось, нелегко смотреть на твои слезы. — Он сделал осторожный шаг ко мне, предложил так, словно это только что пришло ему в голову: — Хочешь, я покажу тебе своего дракона?

Я неуверенно кивнула, а потом сразу же воскликнула, словно опомнившись:

— Но… ты же говорил, что даже спрашивать об этом — неприлично!

Значит ты, Вик, не выносишь вида женских слез? Прекрасно.

Зря ты признался в этом. Значит, включаем девочку-цветочка и начинаем вить из дракона веревки.

— Я немного не это имел в виду, — сказал Вик, вытягивая вперед руку. Она удлинилась, стала заметно крупнее, покрылась темно-синей чешуей с черными прожилками…

Я вскрикнула, и закрыла лицо руками. Черт. Не он. Наверное. Тот, с которым сражалась мама, был серого цвета. Вопрос по-прежнему остается открытым: откуда Вик так много знает о том, что произошло двадцать пять лет назад в моем мире?

— Не бойся, Лара.

Я никогда не причиню тебе вреда.

Эти слова прозвучали как обещание. Странно, но я не почувствовала лжи: Вик искренне верил в то, что говорил. С другой стороны, он ведь не догадывается о том, кто я на самом деле.

Кстати, раз у нас тут такой удобный объект для допроса, может, узнать кое-что новое для себя? Как его лучше всего убивать? Частичную трансформацию я видела впервые в жизни, даже мама не рассказывала об этом.

Что будет, если тело останется таким же, как сейчас, а голова превратится в драконью?

— А ты так любую часть тела можешь превратить? — поинтересовалась я. — Уменьшить или увеличить?

Вик сощурился и как-то странно посмотрел на меня. Глаза его снова потемнели, а зрачок вытянулся в вертикальную линию.

— Тебя какая конкретно часть моего тела интересует, Лара? Обещаю, сегодня ночью я буду в полном твоем распоряжении. Сможешь рассмотреть все.

И сама скажешь, нужно ли что-то увеличивать. Или, наоборот, уменьшать.

Осознав смысл слов дракона, а, главное, почему он так сказал, я даже покраснела. Нет, конечно, хорошо для амплуа девочки-ромашки, которую приходится отыгрывать… но… небо! Я ведь и правда смутилась, как школьница!

Как-то это странно. Я росла в просвещенном, местами даже слишком обществе. Большинство людей из моего окружения были довольно свободных взглядов.