Помолвка по расчету. Яд и шоколад

Потому что задали на дом, а дома все были уверены, что она вовсе не учится, а гостит у тетушки. Тетушки, которая оплатила учебу.

Жаль, что отрабатывать навыки под ее ненавязчивым присмотром не выходило — слишком далеко. От школы до тетушки и потом от тетушки домой — почти четыре часа только ходить туда-сюда, школа располагалась ровно посередине между домом Лианон и ее тетушки. Вот и устроилась Лиа в подлеске за стеной города.

После смерти тетушки родные узнали об ее учебе, разразился страшный скандал. И легче не стало, Лианон было тщательно запрещено тащить «гадость» в дом.

В отместку Лиа готовила полезные зелья только для себя. И соседей. И слугам — вместо зарплаты. И все это в лесу, в двух часах пути от города, на месте старого родового гнезда. Вот уж куда родители никогда не приходили ее искать. Она нашла удобное место, в развалинах, и неплохо обустроилась.

Медленно покачав головой, леди Дэрвогелл отбросила в сторону глупые мысли и бесполезные воспоминания. Помогла старику собрать и перенести вещи.

Слав больше мешался, пытаясь помочь. В его сознании горела метка — мужчина должен переносить тяжести. Вот только его старческие руки с трудом таскали собственную палку. И Лиа, покусывая нижнюю губу, беспокоилась — легко ли ему будет ползать туда-сюда по лестнице? Значит, нужно соорудить небольшую зону отдыха внизу. Господи, дом ведь не резиновый.

Дэрвогелл мысленно посмеялась сама над собой — быстро же она нашла себе подопечного. Стоило сразу признать, ей не выжить без кого-то близкого, без кого-то, о ком нужно заботиться.

И благодарность, невысказанная, но видимая невооруженным взглядом, бальзамом льется на душу.

— Я до гостиницы, за вещами. Там есть постельное белье. Нет, дедушка, мы люди, — с нажимом произнесла Лианон, — а люди спят на простыне и укрываются одеялом с пододеяльником. Качество белья — дело второстепенное.

Старик как-то странно сморгнул и отвернулся к окну. Постоял и тихо произнес:

— А я в этой комнате жил. Раньше. Потом в чулан пихнули, как метлу поганую.

А вот вчерась на кухню переселили. Временно.

Лиа кивнула и не стала спрашивать. Она и так могла предположить, что произошло. Предательство близких людей. Не кровавая история — такое происходит сплошь и рядом. Обычная, бытовая жестокость и алчность. Ничего интересного.

Лианон умела запирать эмоции. Кипящий котел чувств давал ей возможность действовать. Действовать, не зная усталости и отчаяния. Ведь отчаяние — это тоже чувство.