Забытые небесами

От лишних движений вязкая влага сильнее засочилась по плотной верхней ткани из места ранения, заполняя воздух характерным запахом.

Ворон замер, словно погрузился в раздумье. Как назло, ничего полезного в этот маленький мозг пока не приходило. Время текло не на пользу вновь обретённого хозяина. Дух так долго ждал этого дня, когда сможет снова услышать голос, преследовавший его во снах долгие годы и глядеть в эти надменные светло-карие глаза.

— Кай...

Вскинув голову, вороний дух пронзил молодого человека глубоким загадочным взглядом.

До невозможности, внутри у ворона сжалось от пронзительной тоски и долговременной разлуки. Если бы он мог лить слёзы, то непременно потонул бы в этой солёной воде с горя. Ему не хотелось снова терять то, что стало дорогим для него.

Проковыляв до края пропасти, клювом показал вниз:

— Он ждёт тебя там.

В глазах молодого человека вспыхнул лихорадочный блеск. Превозмогая боль, он со стонами встал на колени и медленно двинулся к краю трещины. Подобравшись поближе, Ичень взглянул в чёрную дыру и обнаружил, что там была лишь непроглядная давящая пустота. Он столько усилий потратил ради того, чтобы лицезреть абсолютное ничто.

— Что ты задумал, ничтожное отродье?! — вскричал Ичень, в гневе оборачиваясь назад.

Раздался громкий шелест крыльев позади. Когти больно впились в правое плечо, распарывая кожу. Ослабевшие руки соскальзывают с края выступа. Чернота мигом поглощает в себя израненное тело.

Глава 11. Сплетение жизни и смерти

Бледный лунный свет падает на солому через крошечное окошко. За пределами сарая раздаются испуганные крики и звуки борьбы. Послышался звериный рык и жуткий вой прорезал шум, заставляя внутри содрогнуться от подкравшегося озноба.

Мин Е тяжело сглотнул, понемногу расправляя сгорбленные плечи. Резкое болевое ощущение отступило, оставляя лёгкий саднящий осадок в груди.

Хотелось встряхнуться и просто наслаждаться мирским бытом. Он долго перебирает в голове свои ощущения и мысли, придя к одному выводу — нужно жить дальше. Сложно... Что-то из прошлого давит так сильно, что резь внутри становится почти физической.