Иван Змеевич и Краса Ненаглядная

Конь фыркал, точно недовольный решением своего хозяина, но Ваня на него внимания не обращал. Девушка резво бежала рядом, только короб её погромыхивал. Наконец царевич сжалился и приторочил его ремешками к седлу. Тропинка между ёлками и соснами была утоптанная и вскоре вовсе вывела на широкий лесной тракт. Солнышко стояло высоко, и теплынь была такая, словно в этих краях лето только началось.

— Что же молчишь, Краська-коробейница? Рассказывай, что в миру делается, что люди добрые говорят, — начал Ваня, косясь на девушку.

— Да и рассказывать-то нечего. Говорят посадские, что завёлся на земле русской ворог окаянный. Норовит извести царскую семью. И некому защитить государя с государыней. Старший сын княжит по соседству, от ворогов с запада земли обороняет. Средний сын к волхвам подался, колдунский щит над столицей сковал. Вся надёжа на младшего царского сына. Только говорят ещё, что хоть наш Иван-царевич рос не по дням, а по часам, и возраст его будто бы без году неделя. А по силам ли ему подвиг – про то никому не ведомо.

Ваня резко натянул поводья и откинулся назад, конь встал как вкопанный. Девушка испуганно замолкла.

— Длинные языки у посадских.

Краська несмело взглянула на юношу и тут же ладошкой махнула.

— Да не верю я в эти россказни. Разве бывает такое? Ну, а если никто не видел, как царевич рос, в лета входил, значит, был он со своим батюшкой в отлучке или в заморских землях воспитание получал. Так?

— Так, — хмуро ответил Ваня и тронул поводья, конь затрусил по-прежнему.

Дорогой молчали, девушка точно язык прикусила, а царевичу и вовсе говорить расхотелось. Вспоминал он дядьку Ерошку, что учил его в седле держаться, да из лука стрелять. Воспоминал, как тот удивлялся сноровке царевича: «Только вчера под стол пешком ходил, а уж каков богатырь стал». Ну что тут особенного, если ты царских кровей, и даётся тебе наука проще, чем остолопам посадским. Кому неделя на иное дело потребна, а ему пара минут. Но для чего это объяснять глупой коробейнице?

— А где же ваш меч? — наконец робко спросила девушка.

— Экая ты болтушка, — с досадой ответил Ваня, — всё-то тебе знать надо.

— А, может, я чем помогу!

— А то как же! — рассмеялся юноша, — булавка в меч булатный превратится. И победим мы с тобой всех чудищ да страшилищ!

Краська засмеялась в ответ и хитро прищурилась.

Вскоре стали догонять царевича к коробейницу купцы с обозами и телегами, пешие и конные, спешившие направо, где, по словам Краси, ярмарка зачиналась.