Иван Змеевич и Краса Ненаглядная

Он подошел к царевичу и склонил голову набок, рассматривая юношу с видимым удовольствием, Ваня не стал раздумывать, размахнулся и нанес удар, но Змей отмахнулся от меча рукой, как от назойливого комара, и тот соскользнул, не причинив ему не малейшего ущерба. Изумленный Ваня замахнулся во второй раз, но Змей схватился за лезвие меча, и оно превратилось в ледышку, растаяло и протекло на траву.

Ваня встряхнул руку, капли брызг рассыпались вокруг.

— Сегодня я не буду убивать тебя, — с жалостью в голосе произнес Огненный Змей, — ты не богатырь.

С детьми я не сражаюсь.

Издевательский хохот заглушил и шум ветра, и треск горящего дуба, и всхлипывания девушек, не ожидавших такого поворота событий.

— Да я тебя голыми руками разорву! — вскрикнул Ваня и бросился на врага, но ему под ноги подвернулся волк, и юноша упал плашмя на землю лицом вниз. Крася кинулась к нему, но Огненный Змей схватил девушку за руку.

— А ты со мной пойдешь, — сказал он спокойно и ударился оземь. Черный вихрь закрутился воронкой, подхватывая девушку, взвился под небеса и исчез из виду, только хлопья чёрной сажи осыпались на землю.

Глава 14

Царевич скакал, вцепившись в холку серого волка. В лицо ему бил ветер, растрепавший кудри, высушивший слёзы, охладивший стыд. «Лучше бы я умер!»— думал юноша, вспоминая, что было написано на камне. Ему казалось, что никогда ему не отмыться от липкого холодного позора. Он, надежда государства, государев сын, вступив в схватку с Огненным Змеем, лишился оружия со второго же замаха, упал ниц перед врагом, позволил себя оскорбить насмешкой.

И в довершение всего Крася попала в плен к чудищу. Разве смеет теперь Ваня называться богатырем или витязем? «Я с детьми не сражаюсь!» — эти слова будут вечно звучать в ушах. Хуже всего то, что все в деревне от мала до велика, слышали издевательский хохот Огненного Змея, видели, как шлепнулся Ваня на мокрую от росы траву, как растаял льдинкой его меч. Про него сложат глуму: «Как Змей Огненный Ивана-царевича пощадил». Не былину для слепого гусляра, а затейку для балаганного Петрушки.

Волк бежал быстрее ветра, шапка слетела с головы царевича, и он едва поймал её и сунул за пазуху. Они обогнали зенит солнца, и когда за спинами остался лес, волк остановился, вывалив язык. Он лег на траву под стогом сена, и Ваня кубарем свалился с лохматой спины.

— Пи-и-и-ить! — прохрипел волк.

Ваня огляделся и увидал невдалеке колодезный журавель.