Ольга-чаровница и змиев сын

Алое потекло по кисти, испачкало, но Ольга решила не обращать на это внимания: мало ли с ней случалось плохих предзнаменований?

— Пока сердце бьется, есть и возможность, а кровь… неплохой источник силы.

— Не вздумай! — вот теперь Горан разозлился.

— Какая разница, убьет меня чаровническое истощение или кровопотеря?

— От первого я смогу защитить!

Ольга качнула головой и не стала прогонять злую и горькую улыбку, искривившую губы.

— Лучше лес защити, если выберешься, а я проиграю.

В окно настойчиво бился ветер и голубь, принесший очередное послание от тех, кто слишком привык загребать жар чужими руками, обожал присваивать не свои заслуги и плоды трудов, а с себя скидывать любую ответственность.

Заморские чаровники жаждали заполучить Горана, Иван обещал княжной ее назвать. Не верили, что она скорее умрет, чем согласится, думали, цену себе набивает. Тем более, даже в случае ее гибели им не получить желаемого.

Сформировав мысленное послание из далеко не почтительных слов и выражений, Ольга взмахнула рукой, отсылая голубя восвояси.

Ни к чему впускать в терем соглядатаев. Ворогам и так известно больше, нежели она хотела бы.

— Одно дело предлагать помощь за освобождение, совсем другое — обещать спасти. Кого? Предательницу, воспользовавшуюся чужой доверчивостью и ударившую в спину? Меня коварную? — уточнила она у Горана и рассмеялась: — Не верю. На твоем месте более всего на свете я желала бы отомстить.

В пленении Горана на ее стороне сыграло несколько событий: добровольное нахождение рядом; сон, проведенный бок о бок; точное, полное и истинное имя, произнесенное им без каких-либо условий.

Ольга прекрасно осознавала: смерть в бою от чаровнического истощения покажется блаженством в сравнении с участью, уготованной ей существом такой силы, вырвавшимся на свободу. Она и сама не стала бы щадить предателя и постаралась бы отравить ему жизнь и посмертие на как можно более долгий срок. А еще не приходилось сомневаться: ее фантазия и в подметки не годилась той, которой обладал змий.

— Ты знаешь мое истинное имя, а значит, можешь черпать и мою силу, — прошипел Горан.

Это было уже чем-то новеньким. Ольга действительно могла и, более того, уже раз черпала. Последующий за этим чаровнический удар, едва не сжегший изнутри, ей не понравился.

— Я забыла его. И даже если ты повторишь, забуду снова.

— Я не стану карать на этот раз, — пообещал Горан. — Не будет расплаты. Я добровольно поделюсь с тобой своим могуществом.