Попаданкам закон не писан!

И я повторю это вам. Я должна остаться, это мое решение, и никто не вправе меня принуждать.

Кажется, я его удивила, во всяком случае темные брови дрогнули. Бьорн задумчиво потер свой волевой подбородок:

— Полагаю, тебе все равно пришлось бы остаться, даже если бы ты этого не хотела.

Тут я должна была обрадоваться, только прозвучало из его уст это как-то угрожающе. То есть меня отсюда не выпустят. Ну хорошо, допустим, я согласна. А учиться дадут?

Ответить я не успела. В дверь требовательно постучали, у меня в груди все взволнованно сжалось, Бьорн разрешил войти.

Это был Холгер.

— Я все проверил, — отчитался мужчина. — Никаких следов артефактов и постороннего вмешательства. Я подсчитал ущерб, выставил охрану и отправил рапорт в ректорат.

— Молодец, — Бьорн потер лоб. Явно хотел еще что-то добавить, но у окна за его спиной вдруг что-то хлопнуло, вспыхнуло, заклубилось розовым дымом.

— Кхм-кхм, — из жвачного облака появился... Рансу. Ну, если конечно он вдруг постарел бы лет на двадцать.

Я, на всякий случай, села ровнее и ладони сложила на коленях, как примерная ученица. Кто знает, кто там к нам в гости явился. Да еще таким интересным способом. И судя по тому, что никто из присутствующих не удивился, телепортация у них была делом привычным. Зачем тогда они ходят по этим лестницам и длинным галереям, если можно вот так вот — пшик — и на месте? Форму физическую поддерживают?

— Вижу, вот она и наша проблема, — мужчина расплылся в улыбке, да так, что мои губы тоже сами собой расползлись.

Обаятельный гад, за Рансу такого точно не наблюдалось, хотя на лицо они были очень похожи, да и рыжие оба, как морковки. Он склонился к Бьорну и что-то шепнул, тот покивал задумчиво, снова потер подбородок, а потом щелкнул пальцами.

— Холгер, будь добр, приведи ко мне Вилмара, — попросил он, и тот послушно поклонился и вышел. Надо же как. Нужно присмотреться к их манерам, вдруг что полезное узнаю. Тем более, если хочу здесь задержаться в качестве студентки, а не пленницы.

— Итак, Катерина, — рыжий мужчина, словно игривый кот, выплыл из-за спины Бьорна и пристроился задом на краю стола. — Меня зовут Луиджи и я ректор этого замечательного во всех смыслах учебного заведения.

— Во всех, это в каких?

— Во всех, которые ты можешь себе представить, — подмигнул он мне. — О перспективах учебы в нашем университете лучше расскажут в приемной комиссии, им за это жалованье платят. А у меня другой вопрос.