Управленец 2 "Избранный"

Убедившись, что скорость движения достаточно велика, чтобы шедшая впереди не имела времени оборачиваться, он достал флакон с ядом и пригубил смертельного отвара.

Когда шаги Гория сделались настолько громкими, что пришлось смириться с пробуждением жильцов, посреди комнаты возникла женская фигура, чьи знакомые очертания заставили управленца застыть.

— Горий! — воскликнула девушка. Голос её казался заплаканным.

— Рина… — невольно вырвалось из груди при виде жены.

— Не делай этого, — по мере сближения, Горий всё больше замечал насколько долгими были рыдания жены, предшествовавшие этой встрече.

— Да неужели! — протянул голос Рурка и послышался звук обнажившегося кинжала. Едва успел он замахнуться для броска, как рука Азалии схватила его за запястье.

— Стой! Он должен сам, — грозно прорычала Азалия.

— Ты однажды уже упустила её и посмотри, чем это обернулось. Хочешь ещё разок? — Рурк пытался вырваться из захвата.

Не обращая на начавшуюся за спиной борьбу, Горий продолжал смотреть на жену.

Какая-то часть его хотела немедленной расправы, но мешала другая часть, помнящая чувства, под влиянием которых он жил несколько лет до своей казни.

— Не делай этого, Горий! Я беременна. Я ношу твоего ребёнка!

— Это не твой ребёнок! — возмущенно крикнул напряжённый женский голос откуда-то сзади. Азалия уже говорила об этом, но наглая ложь настолько взбесила её, что на мгновение захотелось согласиться с противоборствующим Рурком и дать ему вонзить кинжал в сердце лгуньи.

— Это неправда! — захлёбываясь в слезах твердила Рина, но глаза надвигающегося мужа чётко выдавали: правда ему известна.

Горий продолжал идти. Каждый шаг был тяжелее и медленнее предыдущего. Замедляя шаг, он хотел решить, чего ему хочется больше: убить её на месте с помощью висящего у пояса ножа или сначала поговорить. Когда расстояние сократилось до вытянутой руки, он задал давно терзающий его вопрос:

— Зачем?

— Меня обманули. Я не хотела этого. Мне не оставили выбора, — сожаление, написанное на лице Рины, выглядело слишком правдоподобно.

Но было ли оно вызвано раскаянием или страхом перед надвигающейся расплатой?

— Чего ты не хотела? Барона не хотела? Не хотела сдавать меня властям? А потом не хотела свидетельствовать против меня на суде?

Горий подошёл к жене вплотную, ощутив её запах, ставший за время их разлуки чужим.

— Бедная Рина, — Горий зарылся пальцами в светлые локоны и взялся за трясущуюся от страха шею. — Ничего не хотела и всё исполнила.