Пути океана: зов глубин. Книга вторая

Кузина благосклонно кивала, и лишь выше обычного приподнятые брови выдавали её недоумение.

Безобразие сие прекратило явление гладко выбритых и даже надушенных бесчисленных охранников в изукрашенных длинными алыми перьями кирасах. Все как один, грациозно и бесшумно выстроились в два ряда караулом. Разомкнув шеренгу, они явили собой коридор, в самом дальнем конце которого образовалась пара хозяев здешних чудес.

И по мере приближения двое облаченных в роскошные одежды чужестранцев разжигали все больше любопытства.

Коротко стриженные дети со смехом разбрасывали цветы по ковровой дорожке.

Моложавые лица радушных хозяев не давали ни единого повода к определению их возраста.

Алые одежды развевались по ветру. Головы обоих венчали вычурные конструкции из чистого золота, отдалённо напоминающие короны. И судя по размерам, да и весу, ношение их было тем еще испытанием. Та, что ростом пониже, семенила с опущенными ресницами, и крохотные шелковые туфельки её даже не сминали лепестки роз, по которым ступала коварная её ножка.

Обе излучали такой смиренный восторг, что Антуану даже пришлось обернуться: им ли с Селин адресован столь искренний почёт? Но за спиною раскинулась лишь пустующая площадь дворца, обнесённая сплошной стеной красного камня.

– Т-т-твою дивизию, – тихонько выдохнул Брут стоявшему рядом капитану Марсию и, судя по выражению лица последнего, тот полностью разделял оценку происходящего.

Пока переводчик зачитывал многочисленные регалии вкупе с достоинствами благородных господ обеих делегаций, сил не таращиться не оставалось совершенно никаких. Окрыленный вдохновением ум его вот-вот должен был сложить неминуемый сонет или даже маленькую поэму, да к несчастью от восторга он потерял дар речи.

Воодушевлённый де Сюлли-младший с благоговением приложился губами к кончикам пальцев той, что пониже:

– Я потрясен вашим изяществом, небожительница! Сударыня, зовите меня просто Антуан.

– Ву Си, – мелодично пропела она.

– Сердце моё забилось вдвое быстрее, – сообщил Антуан запястью высокой, предвкушая нежность её руки.

Но вздрогнул от отчётливо мужского тона:

– Чан Шэнь, к вашим услугам, милостивый государь.

Вовремя оброненный кузиной платок спас положение от неминуемого конфуза.