Тяжелее горы. Легче перышка.

- На вас никак не получается рассердиться всерьез, - конечно, поди рассердись, если он так искренне, по-мальчишески, улыбается и вальяжен, как сытый лев. - В гневе вряд ли можно быть забавной и привлекательной.

- В гневе - сколько угодно, а вот откровенная злоба отталкивает раз и навсегда, поверьте моему опыту…

Целительница неосторожно подняла взгляд от записей, которые приводила в порядок, и утонула в пронизанной солнцем воде. Дышать получалось через раз, а всплывать… нужно ли? Теплая волна сама вытолкнула ее на поверхность, уверенно погладив по затылку.

- О чем задумались, о госпожа маленького домика?

- Задумалась? - леди Даллет неловко усмехнулась, - скорее наоборот. Ни одной внятной мысли, только…

- Чувства и впечатления? Должен сказать, ваше небо не менее опасно, и оттуда вернуться не проще…

- Чем из вашего моря. Вам… хотелось остаться?

- В небе? Несомненно. Но вам ли не знать, что монархи - самые подневольные на свете люди? - ответил его величество.

Стоило ли удивляться, что все оставшееся время они молчали: Тайри - медленно перелистывая заметки наставника и оставленные художником рисунки, император - глядя из-за ее плеча и время от времени придерживая самые интересные страницы.

А потом наступил учебный год в Лицее, и Тайри больше жила там, чем в своем новом доме. Против ожидания, ей вовсе не было трудно. Именно эта река осталась прежней и позволила войти в нее еще раз без всяких усилий и разочарований. Первые ученики леди Даллет повзрослели, но не забыли ее. Теперь к ней в класс частенько наведывались очень значительные молодые люди двенадцати лет отроду, а также очаровательные, хоть и неcкладные пока юные барышни.

С ней делились серьезными тайнами, грандиозными планами, первыми победами и горчайшими разочарованиями. Впрочем, новые маленькие лицеисты любили свою наставницу ничуть не меньше. Немудрено, что Тайри дневала и ночевала в Лицее - ведь здесь она была нужнее всего.

Приходилось изрядно постараться, чтобы выкраивать время для братика и племянников.

С ними целительница просто обо всем забывала, а потом чувствовала себя не только не уставшей - ее просто переполняли новые силы и идеи.

Первые месяцы учебного года пролетели столь стремительно, что Тайри и оглянуться не успела. Но деревья оделись в золотое и алое, наступил канун праздника Осенних Даров, и лицеистов отпустили по домам. Леди Даллет, оставшись в пустом и непривычно тихом жилом флигеле получила возможность спокойно выдохнуть - и подумать.