Три сестры.Таис

Перед войной мы ещё на старый адрес получали пару писем с фотографиями. Имя помню. А почему Такинава? - обратилась я уже к гостье.

- Потому что "вроде как", а не как положено. - Прозрачно намекнула гостья, заодно дав мне понять, что она совсем не дура.

- Ну, это несущественно, - понимающе улыбался капитан. - А что ж так долго тянули с розыском родни, раз и имя, и отчество, и фамилию знаете?

- Письма перестали приходить, после войны и вовсе без ответа были. Да и не хотелось навязываться, быть обузой. Всё оставляла на крайний случай.

- Да, Курико действительно дурой не была.

А ещё видно кое-кто ей весьма подробно передал наши разговоры и мои рассказы о себе и семье.

- В сороковом мы переехали в Лопатино, года не прожили, война начилась. А старый дом, ещё маминых родителей, где жил дядька, сгорел. Алкоголь. - Поморщившись ответила я, словно не желая особенно вдаваться в нелицеприятные подробности биографии родственников.

Даже если будут проверять, все подтвердится. К счастью, я на личном опыте знала, и многократно убеждалась в том, насколько тяжело, порой просто невозможно проверить что-то произошедшее до войны.

Отечественная война просто бороной расчертила всё на до и после. И не только жизни людей.

- А документов никаких нет? - прекрасно это понимал и товарищ капитан.

- Да какие документы! - махнула рукой я, мол, прекрасно его понимаю. - Если только бабушкино фото предоставить. Она как раз это кольцо очень долго носила.

- Ну хоть что-то, - кивнул в ответ капитан.

Потом были долгие "разговоры" о тяжелой жизни в империалистической и капиталистической Японии, о сложности пути в Советский Союз и страхе за своё будущее, если ничего не выйдет, а уже все будут знать, что у неё в Союзе родственники.

Уже поздним вечером капитан подошёл ко мне на улице.

- Не будете против, если я закурю? - спросил он.

- Нет, конечно. - Улыбнулась я. - Я хоть сама не курю, но кажется столько времени этим дымом дышу, что пора в заядлые курильщики записывать.

- Антонина Тимофеевна, вы же понимаете, что родня эта.

.. Геморрой одним словом. - Прямо сказал капитан. - Что не будь ей там тяжело, она бы и не вспомнила о вас. Одно нытьё. Работа тяжёлая, да по десять часов, жильё маленькое, плитка электрическая стоит на тумбочке рядом с койкой. И ни помощи, ни поддержки, и очень тяжело. Перспектив видите ли никаких. А на вопрос, чем планирует заниматься у нас, замечательный ответ. Не знаю. Прилетела стрекоза.

- Так вот и хорошо.