Ведьмина мастерская

Пахнет одуванчиками, солнцем, мокрым залежавшимся тряпьём с небольшой кислинкой, тающим воском и сгорающим вместе с ним фитилём, который мы вдевали в эти свечи самостоятельно еще в середине лета. Это словно было сто лет тому назад…

-Пап?

-Миля…

Отец сиди в позе лотоса возле окна с закрытыми створками, в которых виднеются часть синего неба и уходящие вдаль гурьбы домов, смешанные с покрытым снежной коркой лесом. Отец такой же, каким я его помню: с щетиной, прямым носом и таким же лицом, он всегда выглядит статно.

Чуть суженные глаза, но глубокие, темные зрачки, которые достались и мне – карие, с примесью ярко-зелёного, который обычно не замечают. Рядом, прикорнув и укутавшись в его свитер, лежит наша кошка: обнявшись с отцом, сажусь напротив и стараюсь настроиться на разговор.

-Пап, что мне делать?

Со вздохом он двигается ко мне, приветливая улыбка приглашает в свои объятья. Упираясь в его грудь и овеянная теплом рук, чувствую, что наконец-то дома. Я в безопасности… и мне наверняка скажут правильный совет.

-Ты в такой суматохе… туда, сюда. Милая, как ты держишься?

Со вздохом прикрываю глаза.

-Ты гордишься мной?

-Что? – чувствую, как хмурится. – О чем ты, милая?

-Пап… когда не стало Саши, я стала ему заменой? Хорошей?

-Милая… Миля, Миля, ну о чем ты? – он резко поднимает мое лицо к себе, всматриваясь испуганно. – Какой заменой, милая? Мы никогда не ждали, что ты пойдешь по его стопам – никогда я не хотел, чтобы ты страдала от того, что может на тебя взвеситься…

-Но оно взвесилось.

-Почему?

Я поднимаю на него глаза.

-Не знаю…

Он со вздохом касается сухими губами моего лба, заботливо гладит по волосам, прижимая к себе мои слезы.

-Миля… доча… доча, я всегда поддерживал тебя во всех начинаниях. Ты была моим светом… вы оба – мои звезды, и звезда твоего брата все еще горит во мне. Я люблю вас ровно, одинаково, но…

-Мама… мама… мама нас часто сравнивала, - словно давлю слова из себя, - я всегда… я всегда пыталась быть для вас лучшей.

-Милая… милая, ну разве ли ты не лучшее создание на земле? – его шепот полностью покрывает тишину.

– Ты моя доча. Я всегда хотел, чтобы ты жила своей жизнью, нашла счастье, но это все… так внезапно налетело на тебя. Ты звонишь и не говоришь, как себя чувствуешь; вся речь – поверхностная, а в голосе так много усталости.

-Я не хочу напрягать тебя…

-Милая, - снова поцелуй, - если я смогу сберечь твое сердце, так не все ли равно, как себя чувствую? Звони, говори, говори беспрестанно – я выслушаю.