Ель

Думай обо мне

– Вы наблюдаете редкое явление, – сказала нам Филипповна. – Я бываю знойной красоткой раз в год, а то и реже, смотря по обстоятельствам. Прошу вас не отвлекаться на меня. Наслаждайтесь жизнью, пока можете.

Прозвучало несколько зловеще, меня даже дрожь пробрала. А Филипповна отсалютовала нам бокалом, который откуда-то взялся у неё в руке, и удалилась соблазнительной походкой, растворившись в гуще Инычужей. Мы с Арасом переглянулись и не смогли сдержать улыбок. Наша совушка ушла в отрыв. Может, и нам пора?

На городской площади заиграл уже настоящий оркестр, в составе которого числились лесные монстры, Инычужи и загадочная, обросшая мхом нежить, которой не было названия ни в одной из энциклопедий Скрытень-Леса.

Часть участников бала выстроилась парами и закружилась в танце. Но многие остались стоять по местам, с предвкушением ища взглядом владыку.

Арас прочно занял позицию рядом со мной, сплетя свои пальцы с моими. Никто даже не догадывался, что он и есть владыка.

– Слушай, – проронил он, – как-то не хочется разочаровывать моих чудовищ.

Все они мечтают потанцевать с царём. Стоит ли царю показаться?

– Думаю, стоит, – кивнула я, скрепя сердце.

Не очень-то мне хотелось остаться в одиночестве. Кикки развлекалась со своим Ниром, Филипповну сейчас лучше было не трогать, а Кю, единственный близкий мне не мёртвый и не живой, вился вокруг Пелагеи, как мотылёк у вожделенного огонька.

Арас нехотя выпустил мою руку и незаметно скользнул во тьму. Спустя несколько мгновений из тьмы вышел великолепный, блистательный владыка леса.

Всё внимание Инычужей и прочих тварей немедленно устремилось к нему.

А я чувствовала досаду. Мне почему-то казалось, что он покинул меня на этом празднике жизни, что я ему никто, что мне нипочём не завоевать его любовь, как бы я ни старалась.

На этой печальной ноте и произошло наше столкновение с Сикорским.

– Скучаешь?

Его ни к чему не обязывающий вопрос прозвучал как насмешка.

– А вам какое дело? – буркнула я.

– До чего же вы стали неучтивы, юная госпожа, – елейно заулыбался тот, заложив руки за спину.

У меня даже кулак зачесался: врезать бы ему пару раз по смазливой роже, чтоб неповадно было корчить из себя холёную интеллигентность. Сикорский – трёхглавый дракон, а если нет, пусть докажет обратное, и не словами, а делом. Впрочем, я не была намерена давать ему ни шанса.

Однако как от него отвязаться?

Мои друзья и покровители разошлись кто куда, а надо мною нависал враг.