Ель

Но хвост всё равно был бы лучше. Давай поплаваем! Нет? Ну как хочешь. Тогда держи венок.

От венка я тоже вежливо отказалась.

Когда платье Тенеки было укорочено, а кружево – кропотливо пришито к новой длине, зарево заката уже вовсю пылало за лесом. Сова Филипповна, должно быть, меня заждалась. Опять будет нудеть, что я подготовку прогуливаю и вступительные не сдам.

Поблагодарив Болотного Хмыря, я опрометью помчалась домой. Сова действительно ждала. Только вот упрёков от неё не слышалось. Она сидела на шкафу, хохлилась и выглядела порядком измученной, словно ей не помог дневной сон, словно кручина дней былых вцепилась в неё мёртвой хваткой.

Веки мои слипались. Я сидела над учебниками, выписывая в тетрадь ключевые моменты. Дату первого создания ходячей избы с полным приводом. Термин, обозначающий дружественное дерево, которое охотно спрячет тебя от супостата. Ежегодное время разгула летучих мышей… Ой, так это же сейчас!

Отложив тетрадь, я погасила свечу и подобралась к окну. Проскрипели половицы (дерево или земля под ногами, для меня было не так уж важно).

Снаружи почти неслышно носились летучие мыши. Они были как заколдованные лоскутья из ведьминого сундука, которые мотало туда-сюда по чьей-то злокозненной воле. Их крылья мельтешили под луной и звёздами. Каждая мышь на краткий миг словно стирала собой, съедала кусочек неба, и от этого мороз бежал по коже.

– Мне пора на охоту, – ухнула сова Филипповна.

Она улетела в чащу, и я осталась один на один с летучими мышами за окном, с белым глазом луны и чёрным, зловещим лесом. Мне по необъяснимой причине было страшно. И, как выяснилось, от ночных страхов не всегда можно укрыться, зарывшись с головой под одеяло.

Что-то скрипело – протяжно и жутко. Что-то стучало, сыпалось и гулко падало на пол. Вода в крынке, кадке, бадье ни с того ни с сего начинала плескаться. О сне, разумеется, не шло и речи.

Не выдержав, я решила проверить, что происходит, запалила свечу и свесила ноги с кровати, дабы испугаться ещё больше. На полу, аккурат рядом с моей ступнёй, поблёскивал кухонный нож. Кто его сюда положил? А если бы поранилась? Так, быстро спрятать его подальше, чтобы никаких лезвий поблизости…

Но лезвия были повсюду. Я брела по избушке, как сомнамбула, и встречала их то на столе, то на подоконнике, то на печи.