Влюблённый домовой

«Да что с тобой такое сегодня?»

Павел морщится, качая головой, а потом снова обводит комнату взглядом.

Заправленная постель, закрытый и пустой шкаф. Игрушка вернулась к хозяйке, их вещи готовы в дорогу, а больше там ничего и не было. Он тоже готов. Всего-то и осталось, что дождаться Лину, того как она соберётся в дорогу, и взобраться на плечи, снова притворившись воротником. Только вот Лина...

Будь он котом, дёрнул бы ухом, а так просто чуть поворачивает голову, обращаясь в слух.

Звук знакомых шагов приближается, становясь всё громче и уже отчётливо выделяясь среди других звуков.

Одним глотком допив оставшийся в кружке остывший чай, Павел не спеша моет её, ставя на стол уже чистой, и замирает.

Вместе с шагами Лины громче становятся и ещё одни, будто на их этаж она поднимается с кем-то. Только вот никто из них не говорит, и определить второго человека не удаётся ровно до тех пор, пока они не останавливаются около двери.

На мгновение прикрыв глаза, Павел возвращается в форму кота и всё-таки дёргает ухом, заслышав голоса.

— Приятно было снова встретиться. Спасибо за ужин и за то, что проводил. Мне нужно собираться...

— На восьмичасовой?

Лина замолкает, будто задумываясь. Или не желая отвечать, потому что Павел уверен, всё она помнит. Время отправления они смотрели незадолго до ужина, так что она просто не могла забыть.

«Восьмичасовой» — подтверждает он мысленно и Лина будто соглашается коротким:

— Да.

— Похоже, мы едем на одной и той же электричке.

— Хорошо, — соглашается Лина и Павел непроизвольно дёргает хвостом.

— Тогда я зайду за тобой.

* * *

— Уф! — тихо выдыхает Лина, стоит только за её спиной закрыться двери. — Нет, — шепчет она, когда шаги отдаляются достаточно далеко. — Он, конечно, не плохой и всё такое, но... Общительный...

Отлипнув от двери и сделав несколько шагов, она падает спиной на кровать, приминая идеально расправленное покрывало и прикрывая глаза.

— Паш, иди сюда.

Павел смотрит, как Лина мягко похлопывает ладонью по скрытому под джемпером животу и, с тихим вздохом, прыгает на кровать.

— Ну? Снова переживаешь, что раздавишь?

— Ты только что поела, — ворчит Павел, но всё-таки осторожно перебирается куда сказано, растягиваясь от бёдер почти до подбородка. — Потом не пеняй на меня, если затошнит. Ты сама позвала.

— Да знаю я, не ворчи.