Хозяйка ворон и железный доктор

И что теперь делать? Стоило, наверное, отправить вестников Квону и Вистону, предупредить, что доехал без хлопот. А после зайти в местный книжный. Рейн не собирался скупать все книги Окфорда Ривернейна – от одной мысли, что Квон найдет их у него дома, передергивало. Но «Дело о пустом саквояже» было почти дочитано, а других историй с собой не было.

Проехать на машине по центру было невозможно: узкие улочки превратили часть города в пешеходную зону, и Рейн оставил паромобиль на парковке. Один ушлый делец выделил под нее целую площадку, где можно было поставить любой транспорт и не бояться за его сохранность.

Наверное, Рейн смог бы сломать нехитрую магическую защиту, но сомневался, что местные маги промышляют угоном карет и паромобилей. А против обычных мошенников и магического контура достаточно. Хотя было бы смешно, уведи у них машину после того, как они сами забрали ее без спросу!

Книжный магазин нашелся раньше, чем почта. Бумаги и писчих принадлежностей в нем было гораздо больше, чем книг, но и при скудном выборе можно найти жемчужину.

– Рейн? Рейнхольд Гарт? – окликнул его грубый голос, когда он оплачивал несколько детективов.

Обладатель голоса – высокий, плотного телосложения мужчина с намечающимся брюшком и густой черной бородой, широко заулыбался и направился к доктору. За ним, как привязанный, бежал мальчишка лет семи, прижимая к груди церу – восковую табличку для письма.

– Поверить не могу, это действительно ты! Хорошо выглядишь. – На протезы неожиданный собеседник даже внимания не обратил.

Догадавшись, что Рейн его не узнал, он поспешно добавил: – Это же я, Стеф! Мы вместе служили на границе.

Стеф? Рейн окинул внимательным взглядом стоящего перед ним крупного мужчину, пытаясь соотнести его с тем молодым заносчивым лейтенантом, поступившим на службу. Стеф из его воспоминаний не слишком-то любил общаться с остальными, а доктора, наверное, помнил оттого, что Рейн пару раз его штопал. Стефу повезло, с троллями он не встретился – парня перевели в другой отряд за пару месяцев до случившегося.

То ли руку он сломал, то ли ногу.

– А, я понял! – словно прочитал его мысли мужчина. – Я уже давно не тот засранец, который считал, что есть одна жизнь – в столице, а остальное – полное… Кхм, – тут он проглотил остаток фразы, покосившись на сына. – Кстати, это мой старшенький, Ламберт. Напросился сегодня со мной в книжный. Начали его грамоте учить, такой шустрый – уже всё что можно исписал. Поздоровайся с дядей, – легонько хлопнул он его по затылку.