Во имя Камелота

Простите мне мою дерзость, если я спрошу, почему вы выбрали именно синее платье сегодня?

— Выбирала не я, а лорд Мерлин. Он прислал мне наряды, — она отвечала слишком поспешно, выдавая заготовленный ответ.

Теперь уже он ухмылялся открыто.

— У лорда Мерлина прекрасный вкус.

— Сэр Гавейн! — окликнул их кто-то. Через секунду в поле зрения возникла леди среднего возраста, одетая в синее строгое платье, украшенное серебром. Еще одна из тех, чьим фаворитом был Гавейн. — Я была уверена в вашей победе, поздравляю!

Она пристально оглядела Трину.

— Эта прекрасная леди — фаворитка наследника Лотиана?

На Трину накатила еще одна волна раздражения. Прекрасная леди? Да она даже не видела ее лица!

Но женщина по-доброму улыбалась, так, как обычно улыбаются тетушки, которые заподозрили, что их племянники имеют романтическое увлечение. Это немного остудило пыл Трины.

— Леди Эвелин, — Гавейн отвесил поклон. — Леди Трина – гостья лорда Мерлина. Она проявила благосклонность, поддержав меня сегодня.

И все же, у него хорошие манеры, подумалось Трине. Но, видимо, для всех, кроме нее.

Леди Эвелин, казалось, была слегка разочарована ответом.

— Что ж, не буду вас задерживать, — по-светски произнесла она. — Ты непременно должен показаться отцу. Он гордится тобой.

Теперь Трина была готова спорить на что угодно, что Эвелин и правда тетушка Гавейна.

Они обменялись еще парой вежливых слов, прежде чем он указал ладонью, что пора продолжить путь.

— Вы так и не поговорили с отцом? — вырвалось у нее. — Но почему?

Она понимала, почему сама уже десяток лет не говорила и не виделась со своим, но Гавейн… Его отец не покидал его. Наоборот — сам Гавейн покинул отцовский дом, будучи наследником, и стал служить чужому королю. Что заставило его сделать это? Только ли желание снискать славы?

Гавейн не отвечал, игнорируя ее, и Трина вспомнила его слова на пиру. «Это очень долгая история, леди Трина, и я не хотел бы ее рассказывать».

Который раз за день она почувствовала себя неуместно и неловко. С чего бы Гавейну откровенничать с ней, когда она ведет себя, как взбалмошная девчонка? Когда она и есть взбалмошная девчонка?

— Вы правы, это не мое дело, — ответила она на его невысказанную мысль.

— Порой вы весьма проницательны, — достаточно мягко, вопреки ожиданиям, вздохнул рыцарь.

***

Вечер тянулся целую вечность. Общество леди из шестого века было поистине утомляющим.