Заключительный

Они вызывали ощущение, как будто бы его разум растворяется в чем-то неоглядном, непостижимом и … тёмном. И никчёмном. И стало немного легче. А затем пришла полная опустошенность.

Он прошелся из стороны в сторону и остановился снова в центре круга, ограниченного стенами черной башни.

Наверху на крыше, там, где он оставил троих самых дорогих и близких, что-то происходило. Что-то, что требовало его присутствия, на их взгляд, но время казалось улетающим сквозь пальцы. Он знал, что они там живы, здоровы, и прочее не касалось его сейчас.

Беспокоило возможное возвращение огней, беспокоило приближение радужного зверя, вызывало глухую тоску отсутствие возможности еще раз дотянуться до разума Аэнора…

«Почему?» — спросил себя Антон. Так как кого ж еще было об этом спросить.

И все до чего смогла дотянуться его мысль в нагромождении сути ее теней и иллюзий было: «Возможно, отец знает».

И не желая встречаться с теми, кого он пытался беречь отныне изо всех сил, Антон обратился к Леониду Степановичу при помощи своей так называемой магии.

Он обозначил бы это как-то еще, но при многообразии информации, осевшей в уме за последнее время, определения более соответствующего он подобрать не мог. Главное ведь получалось… Вот заодно понять бы, как это оно вот так взяло и стало получаться?

Заключительная мысль выцепила в сознании Леонида Степановича некое воспоминание. Оно промелькнуло как-то очень вскользь, и Антон только было собрался все-таки вернуться и «взглянуть» подробнее, так как что-то зацепило в увиденном мельком, но отец обратился к нему.

Почему-то вслух; там, на крыше, женщины тоже притихли, недоуменно и жадно прислушиваясь. Еще Антон заметил их страх. И за это ему стало стыдно. Он ведь так ничего и не объяснил ни одной из них, подспудно рассчитывая, что что-то будет вынужден сказать за него Леонид Степанович. А вот откуда уверенность, что ему вполне есть что сказать? Антон вспомнил, что они должны сейчас пребывать в счастливых грёзах, на миг его мысли споткнулись об это обстоятельство.

— Умение у тебя не вдруг, — пояснял между тем Леонид Степанович, — вернее, навык не вдруг, а умение все твое, действительно быстро, правда, боюсь, не так хорошо, как кажется.

Давай я расскажу лично?

Заключительная фраза прозвучала уже не устало и сосредоточенно, как в начале, а как-то даже весело.

«Не хотелось бы», — честно подумал Антон. Как мог убедительно.

— Ну, тогда лучше тебе и правда увидеть, как это было, — неожиданно смирился Леонид Степанович, и Антон увидел.