Ведущая на свет

У меня пылают губы, да и лицо, и мне на самом деле страшно оказываться в таком виде даже перед парой бесов штрафного отдела.

Вот только в комнате уже никого нет. Только Дэймон, сидит на подоконнике и гипнотизирует взглядом дверь, явно ожидая меня.

И первую секунду он смотрит на меня все тем же странным взглядом. Мне даже мерещится в нем угроза, я, наконец, спохватываюсь, что вообще-то то, что Дэймон вдруг узнал мою тайну – не очень-то хорошо, он же может меня и выдать…

— Ну надо же, Агата, — неожиданно спокойно произносит Дэймон, скрещивая руки на груди, — я не ожидал, что с такой, как ты, у меня найдется столько общего.

И как это понимать?

— Эй, а подробности? – после этого заявления Дэймон замолкает, я возмущена. Мое любопытство возмущено и того больше. Подобное жестокое обращение с любопытными барышнями точно не идет минусом в кредитную сводку? А зря!

— Обойдешься пока, — демон хладнокровно кривит губы и трет рассаженую переносицу, — я не готов к подобным откровениям. И потом… Ты не будешь отмазывать меня перед Миллером, если я тебе расскажу.

Как мило. То есть он предполагает меня как девочку шантажировать «сделай как мне надо, а то я тебе не расскажу мой самый страшный секрет», так, что ли? Поражаюсь этой святой простоте.

Ладно, с его секретиками мы разберемся чуть позже, сейчас есть другие не менее актуальные вопросы.

— То есть ты предполагаешь, что так – я тебя отмажу, да?

— Меня за твое отравление могут отправить под суд Трибунала, — хмуро бросает Дэймон, — и между прочим, я спасал твою шкурку от исчадия, пернатая.

— После того, как бросил без ключей посреди Лондона? Да, я очень благодарна. Ты не надорвался?

Дэймон смотрит на меня исподлобья, явно приходя к мысли, что сожрать меня легче, чем сесть ко мне на шею. Ну а что? Он думал, я его в лоб поцелую? Да, яд таких вот недоинкубов слабый, да – я оклемалась довольно быстро. Но второе отравление за такие краткие сроки – даже для меня перебор.

А мне его еще отмазывать. Эх…

Но вообще – надо, надо! Он тут стал невольным хранителем моей тайны…

— Дэймон, — я смущенно кашляю, запихивая руки в карманы и удостаиваюсь пристального взгляда насмешливых темных глаз, — ты ведь не скажешь здесь… про Генри. Никому?

Демон смотрит на меня, и я путаюсь в выражении его лица. Думает. Молчит. Будто примеряется к чему-то.