Ведущая на свет

— Но Энни… — Дэймон обеспокоенно глядит на подружку, — как же она без меня?

— Ну, наверное, я её съем, — раздраженно огрызаюсь я, и Дэймон криво дергает уголком рта, явно подавляя сомневающуюся ухмылку, — уймись. Я только оставлю её с Генри и попрошу за ней присмотреть. Об остальном мы подумаем после этого. Хорошо?

Дэймон торопливо кивает, все так же глядя на меня как на неожиданный шедевр, проступивший на холсте после растворения верхнего слоя с какой-то мазней.

— Ну и отлично, — я вздыхаю и шагаю в дверь, утягивая за собой Анну.

Что я творю? Можно даже не спрашивать. Только ничего иного мне в голову не приходит. Один раз этой девушке уже шанса не дали.

За нами хлопает дверь, Дэймон её закрыл.

— И все-таки мне не показалось. Это все-таки ты.

Мне кажется, что я вязну как бабочка в янтаре этих глубоких глаз. Но купаться в них так тепло…

— А ты что подумал? – фыркаю я, пытаясь не подавать виду, насколько глубоко во мне отадалось радостью от этой внеплановой встречи.

— А я подумал, что уже настолько сошел по тебе с ума, что мне от тоски мерещится твой запах, — ухмыляется Генри.

— Прям уж от тоски? – я осторожно кошусь на Анну. Она покамест безучастна. Это уже даже начинает немного напрягать.

Генри же не отвечает, смотрит на меня, и кончик его языка проходится по сухим губам. Эй, это кто там на меня облизывается, а?

Видимо, мое возмущение приходится этому рыжему бесстыднику по вкусу, потому что он широко ухмыляется и шагает мне навстречу, сгребая меня в объятия.

Не очень удобно, учитывая, что я по-прежнему держу Анну под руку, но отказаться – невозможно.

— Птичка, я ж тебе говорил, меня устраиваешь только ты, — смеется Генри, утыкаясь губами мне в лоб, — хотя если ты настаиваешь, мы можем поразвлечься и втроем.

— Генри-и-и…

— Стонешь ты прекрасно, птичка, очень многообещающе. Позже повторишь на бис? Лично для меня. И в более интимной обстановке.

Улыбка бесстыжая — конечно же прилагается!

Ей богу, хочется укусить его за нос.

Ну сколько можно-то? Тем более, я же вижу – это наносное, лишь только следование созданному имиджу, глаза у демона очень напряженные, и на Анну он смотрит с тревогой, явно взвешивая её опасность. И для кого она может быть опасна? Для него? Ха! За меня он беспокоится. Это очевидно — и безумно приятно.

— Ты сможешь за ней присмотреть? – я впиваюсь пальцами в пальцы Генри. — Я… Отмолила и её… Как тебя.