Ведущая на свет

Девчонке страшно, смертельно страшно.

Ну ладно, еще три секунды падения, и Генрих снова материализует черные крылья за своей спиной, мягко переходя в плавное планирование к земле.

Вот он уже опустился на Лондонский тротуар, и Агата прижимается к нему, все еще сжимаясь от страха, и барабанит по его плечам маленькими кулачками.

А он тихонько шепчет ей всякую успокаивающую дурь на ушко и поглаживает девушку по спине, слушая, как трепыхается ее сердечко. Ведь и вправду как встревоженная пичужка, что бьет крыльями.

Зря трепыхаешься, малышка. Ты привыкнешь, что Генрих Хартман для тебя — это всегда сильные эмоции и острые ощущения.

Генрих конечно разожмет свои когти сейчас, но только для того чтобы ты в них сама порхнула. Позже.

— Кретин, кретин, кретин, — отчаянно пищит Агата, когда успокаивается настолько, что хватает силы разговаривать. Пищит и барабанит по его плечам маленькими кулачками. Смешная.

— Эй, а кому тут за оскорбления накапает? — весело интересуется Генрих.

— Это не оскорбление, это диагноз, — ох ты Боже, эта прелесть умеет еще и голос повышать?

Она же видит, что он по-прежнему силится не расхохотаться, отпихивает демона от себя и шарится по карманам брючек в поисках ключей.

— Да ладно тебе дуться, птичка, у меня все под контролем было, — Генрих ловит девушку за запястье. — Ну, скажи же, было здорово.

— Было страшно, мать твою, — выдыхает Агата, резко оборачиваясь и бросая на Генри раздосадованный взгляд.

— Мать мою что? — с интересом уточняет Генрих. Это вообще-то ругательство и довольно крепкое. И в кредитную сводку оно влезет. Если его закончить…

— Цветами осыпать, — виртуозно выкручивается девчонка, а потом вздыхает и неохотно смотрит на дверь. Сразу видно, идея возвращения в Чистилище ее не очень прельщает.

— Я тебе говорю, оставайся, птичка, — подначивает Генрих, — там же смертная тоска, и Пейтон треплет нервы.

— Увы, веселью час, а делу время, — Агата качает головой и все-таки шагает в сторону двери.

Правда дойти до нее она не успевает.

Позже Генрих и так и этак проанализирует эту ситуацию, чтобы попытаться понять, когда и где он допустил промах. Где расслабился? Где не дослушал, не дочуял, не доглядел?

И это так и останется непонятно.

Враг упал откуда-то с неба, будто спикировал с высотки.