Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

— Вы никогда не бывали в Росстаре? — как истинная женщина, я ответила вопросом на вопрос.

— Бывал, — не согласился император. — Студеной зимой, когда продрог насквозь, до самых костей, просто выйдя на балкон имения. А местная ребятня щеголяла в одних рубахах, как будто летом. Мне уже тогда показалось, что северяне отличаются от прочих.

— Чем же? — осмелилась уточнить, потому что определение императора можно было охарактеризовать и в положительную, и в отрицательную сторону.

— Они неординарные.

Он жестом предложил свернуть направо.

Прямой. Нерушимый. Рядом с ним я одновременно чувствовала себя защищенной — ну а как иначе, вряд ли тебя удушат прямо при императоре — и беззащитной, оголенной, слабой до безысходности.

Дикие чувства вызывал этот человек. Двух дней слишком мало, чтобы разобраться в них.

Да и хочу ли я разбираться? Зачем оно мне?

— Вы хотели сказать: чокнутые? — вновь влезла с уточняющим вопросом. — Не боимся издохнуть от холода.

— А ещё слишком прямолинейны и колки, — не удержался от легкого тычка в мою сторону правитель.

— Угу, и бросаемся под кареты, — добавила себе под нос, но император прекрасно услышал.

— Именно. Говорю же: неординарные личности. Но позвал я вас не за тем, чтобы обсудить северный народ, — резко оборвал он разговор. — Леди Виктория, вам знаком Стэн Кёрн?

Имя брата заставило меня оступиться на ровном месте. Если бы не твердая рука императора, что обхватила меня за талию, я бы растянулась на земле и уткнулась бы носом в какой-нибудь диковинный цветок.

Например, в вон тот, с колючками.

Впрочем, лучше цветок, ибо так уткнуться пришлось в широкую мужскую грудь. Не представляю, в какой момент меня развернуло к нему лицом, но теперь я в прямом смысле слова ощущала, что такое быть в опасной близости к правителю.

Его тело полыхало жаром раскаленного вулкана, а дыхание выжигало ожоги, и мои щеки полыхали.

— Леди Виктория… — учтиво напомнил о себе император, не мешая мне принюхиваться к аромату его рубашки.

— Я спрашивал про Стэна Кёрна.

— Это мой брат, — отрицать очевидное было бы глупо.

Я отлепилась от груди и на всякий случай сделала шажок назад. Мужчина не шелохнулся. Чисто вылитый из бронзы памятник!

— Вы близки?

Пожала плечами.

— Были когда-то. Но в последний раз мы общались еще до моего семнадцатого дня рождения. Стэна направили на повышение в столичную полицию, с тех пор мы не виделись.

— И не переписывались?

Мне не нравились эти вопросы.