Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности

Отчего все вокруг тоже делалось реальностью, а не глупой галлюцинацией.

С некомфортной резью под ребрами Карпов продолжал разбирать мрачным взглядом физиономию гостя. Черты точеные, правильные, на холеной коже ни одного шрама, между загорелых пальцев пляшет послушный ветерок…

Плечистый, аккуратно одетый, обеспеченный, сидящий на непыльной высокой должности. Улыбчивый, обходительный, ни разу не мрачный и не грубый… И пахнет от него наверняка дорогим парфюмом, а не грязью болот, едкостью зелий и дымом вчерашней потасовки.

Словом, тип – ровно то, что обычно нравится наивным, впечатлительным малолеткам с желе в кудрявых головушках. На мужике не висело бирки «психопат» или «му-у-у… звон», но Арт соглашался с кусачим плащом: было в госте что-то гнилое. Скользкое. Премерзкое.

А может, и не было. Может, вся «мутность» объяснялась просто: мужик терпеливо дожидался маленькую ведьму. Ректор, пригласивший в горы свою студентку… Точно, девчонка про это говорила. Арт никогда бы не стал осуждать за разницу в возрасте или положении, но был в этой ночной встрече какой-то сомнительный подтекст.

В ноздри ударило смрадом. Карпов не сразу понял, откуда «душок»… От придомовой лужайки пахло приятно – влажной травой, мхом и цветами. И только потом догадался: так разило от дурных намерений гостя. В плаще ищейки чужие помыслы чувствовались острее.

Мужик задумал нечто дрянное. То, что рыжей проблеме точно не понравится, если Арт, конечно, правильно ее прочитал…

Рита выскочила из дома с объемной сумкой наперевес.

– Да, я тоже, – проворчал Арт в капюшон, соглашаясь с плащом. Выудил из заднего кармана жезл, напитал невидимую канавку кровью и замер в напряжении. – Мутный тип. Что за конфитюр в голове у этой дурехи? Какое, к троллям, там радужное безе?

Сейчас он особенно остро ощущал холод меча между лопаток. Тряпка на плечах рвалась в бой с тем же ажиотажем, что сам князь.

Что сказала бы сестра? Что Арт соскучился по дракам. И как невоспитанный грубый тролль напал на первого, кто пришелся не по душе. Вообще, это в его стиле, да… Но в людях он не ошибается.

Даже не видя ауру, князь всегда понимал, если она вся в грязи и черных пятнах… Он и сейчас не ошибался: мужик, поправлявший прическу промокшей девчонке, – отборная тварь. Редкостная.

Артур резко отвернулся: это не его проблемы.