Месть

– Спасибо тебе… Это так сладко! Какая ты красивая…

Это было сказано так нежно, так проникновенно, что Кара удивилась. Правильные черты мужского лица исказились резкой судорогой страсти. И совсем не похож Бон на главаря бандитов, убийцу и насильника.

Лицо его действительно преобразилось. Не было в нем похоти и желания унизить женщину. А была непонятная тоска, не выразимая словами.

И Кара вдруг сама подалась навстречу мужчине. Целуя грудь и живот, добралась до самого сокровенного мужского естества. И обхватила губами этот напряженный, рвущийся на волю стержень.

По своей воле. Чтобы подарить Бону настоящее наслаждение. Острое и запретное.

Он сразу же задохнулся от переполняющих его чувств. Он рычал и чуть не плакал, потому что женщина всегда может довести мужчину до последнего предела. Если сама этого захочет.

Наконец, Кара отпускает на свободу трепещущий мужской ствол, который уже пульсирует и едва не извергается в нее.

Бон почти безумен. Его снова захлестывает мощная волна похоти. И он снова врывается в женское лоно.

И взрывается, наполняя ее своим соком…

Они заснули лишь под утро. Тесно обнявшись. И было им хорошо. И снились счастливые сны. Сны, в которых каждый из них любил и был любим. Кара видела себя в объятиях мужа, а Бон обнимал свою жену. 

И все это было в прошлой жизни. Которую уже нельзя вернуть. Но еще можно вспоминать.

…Грохот выстрелов сорвал их с жесткого топчана. Бон еще витал в облаках, а руки по привычке искали оружие.

– Что случилось?

Он уже натягивал на себя джинсы и любимую красную рубаху. 

– Одевайся скорее! И возьми пистолет…

Бон сунул Каре свою девятимиллиметровую «беретту». Сам схватил укороченный «калаш» и пульсатор Кары. И еще подсумок с гранатами.

Кара уже оправилась от страха. Быстро одела чьи-то камуфляжные штаны и зеленую клетчатую рубашку. А что делать – ее форменный комбинезон остался в бараке.

Бон подтолкнул Кару к задней стенке хижины. Там был запасной выход. Они выскочили в предрассветный полумрак и, пригибаясь, рванули к диким зарослям.

Пули летели со всех сторон. Крушили бревна барака. Насквозь пробивали стенки хижины. Раздались два взрыва подряд в центре их лагеря – прямо у еще не потухшего костра.

Кто-то кричал от боли. Невыносимо визжал. Кто-то ругался матом. И победный клич стоял над местом схватки. Это невидимые враги атаковали парней Бона.