Избранница Хозяина холмов - 2

Ощутимый ветерок развевал мою вуаль, облепляя ею лицо, грудь наполнял чуть влажный, слегка пахнущий рыбой воздух, и в голове становилось так невообразимо ясно, а на душе почему-то — легко и безмятежно, что я забывала обо всём остальном.

Но, кажется, мои гребцы всё же начали уставать, а мужчины на борту Атайра, напротив, не слишком рьяно усердствуя, отдохнули, потому как после приказа короля заработали вёслами, словно мельничными лопастями. Когда до берега оставалось всего ничего, какая-то четверть мили, они вновь начали вырываться вперёд — уже гораздо увереннее.

Мы всё же попытались догнать их — из последних сил, на страшном упорстве, — и носы двух лодок ударились в песчаный берег одновременно. Может быть, королевской — всего лишь на долю мгновения раньше.

— Вместе! — выкрикнули на обоих бортах. — Поразительно!

Вместе…

Атайр спрыгнул на берег и, придерживая край своего невероятно роскошного плаща, подошёл к моей ладье.

— А из вас неплохой командир, — усмехнулся он, всё так же пристально вглядываясь сквозь кружево моего покрова.

— Будь мы на лошадях, вам не удалось бы подобное.

Он усмехнулся, показывая, что его укол нарочный, не несущий в себе зла. Его разгоревшиеся азартом погони глаза хитро блеснули.

— Но мы не на лошадях, ваше величество. — Я опустила ладонь на протянутую мне. — Примите это. И смиритесь.

— Думаю, вам стоит поблагодарить ваших гребцов.

Те одобрительно загудели, переговариваясь между собой. И до слуха донеслось несколько обрывков фраз, из которых и можно было разобрать, что “столь прекрасной невесте короля нельзя отказать”.

И “ради её одобрения можно сделать и не такое”. Их ненавязчивые комплименты даже приятно было слышать.

А ещё приятнее было видеть, как челюсть Атайра заметно напряглась, когда и он расслышал лестные слова других мужчин.

— Эй, потише там! — предупредил он, чуть повысив голос. — Ниэннах де ла Исла моя невеста. Быстро отменю вам все милости.

Он помог мне сойти на берег.

— Ваши милости тут ни при чём.

Я могу наградить их вархасским золотом.

Новый всплеск радостного гомона заставил меня победно усмехнуться. И пусть Атайр сейчас вряд ли что-то мог разобрать на моём лице, но пальцы его, держащие мою руку, сжались чуть сильнее.

— Это ваша стихия, ниэннах, — проговорил он, склоняясь к моему плечу, уводя всё дальше от воды. — Колоть меня, торжествовать от своих острот. И только вам это позволено.

— Я рада, что вы не собираетесь заточать меня в темницу за это.