Долина смотрящих. Книга третья: Бездна.

-О! Мари, ты только взгляни: у неё появились новые ткани! Идём, скорее! Я хочу их потрогать!

Моя подруга схватила меня за руку и втянула в лавку прежде, чем я успела возразить ей. Нам навстречу тотчас вышла Лаура –миловидная полная женщина с живыми проницательными тёмными глазами и жёсткими чёрными волосами, собранными в объёмный пучок на затылке.

-Доброе утро, Флёр, Мари! С чем пожаловали?

-Лаура, нам нужно самое красиво платье! Мари выходит замуж! –Выпалила моя подруга, женщина тепло заулыбалась, одновременно прикидывая, чего бы мне такого предложить из её новых тканей.

-Нет, Флёр! Рано ещё!

-Ничего не рано. Такие вещи за день не шьются, а мне так не терпится увидеть тебя невестой!

Лаура по очереди принесла несколько больших рулонов и разложила их на столе перед нами.

-Полюбуйтесь: вот это шёлк, привезенный из самого Китая! Смотрите, какая выделка, а какой потрясающий цвет! Только дотроньтесь до него- непередаваемые ощущения! А вот кружева! Тончайшая работа! Лёгкие, словно пух!

Я рассеянно слушала её восторженную скороговорку, прикасаясь к тканям и стараясь придумать причину, чтобы не выбирать ничего сегодня.

-Флёр, ну подумай: Юждан потерял двоих друзей всего пару дней назад. Как ты думаешь, приятно ему будет, если мы сейчас начнём всю эту кутерьму?

-А мы ему ничего не скажем!

-Эх, ты сама-то понимаешь, что говоришь? Да у тебя же на лице будет всё написано через минуту! Он сразу же всё поймёт.

-Ну и что, зато может быть отвлечётся!

-Флёр, ну давай придумаем другой способ его отвлечь, а?

-Ну давай хотя бы выберем что-то, что тебе пришлось бы по вкусу? –Упёрлась моя подруга. Лаура, видя моё замешательство, вместо тканей принесла ворох эскизов, и мы увлеклись обсуждением достоинств и недостатков предложенных ею моделей и то, какие из них могли бы лучше подойти для моей фигуры.

Несколько дней прошли для меня в трудах с утра и до ночи: я перерисовала почти все задуманные на свадьбе у волков сюжеты маслом, и те портреты, которые были закончены я отдала в багетную мастерскую, с нетерпением ожидая того дня, когда смогу вручить свои подарки. Юждан потихонечку оправлялся от удара и хотя такие раны, понятное дело, не заживают никогда, и я отчетливо чувствовала пустоту, поселившуюся в его сердце, он всё-таки нашёл способ взять себя в руки.