Страшная сказка Красного леса

- Слишком много прыти для юного мальчишки, который всего несколько минут успел побыть в волчьей шкуре, - зло ответила ат-тея. – Здесь наказывают за дерзость, волк. Запомни это и в следующий раз вовремя захлопни пасть. Гранс!

В дверях появился старый охотник. Все его лицо покрывали шрамы от волчьих когтей, а затем уходили в седину бороды.

- Да, ат-тея, - ответил он басом.

- Спусти шкуру с волка, - поморщилась Мередит. – Так, чтобы дня через три бегал. Дочери пора начинать обучение.

И пошла прочь, а Гранс отпер клетку.

Люмьер отпрянул и зарычал – низко, протяжно. Однако обернуться не мог – ошейник сразу душил его, жег кожу, и желанная свобода не приходила.

Гранс, в отличие от Мередит, не тратил время на разговоры. Он извернулся, схватил попытавшегося обойти его Люмьера за горло и приподнял над землей, как игрушку, а затем бросил на пол. От боли из глаз посыпались звезды, однако волк подпрыгнул, готовясь к новой атаке. Человек не сможет его победить! Это же всего лишь охотник!

- Проблемный, - вынес Гранс свой вердикт, а после снова отправил Люмьера на пол, только на этот раз придавил тяжелым сапожищем, надавив как раз чуть выше поясницы, где клеймо напоминало о позоре и боли.

А затем Люмьер почувствовал, как на спину опустилось какое-то оружие, и он взвыл. Кнут! Это точно был кнут, и Гранс размеренно бил им, не давая волку и шанса пошевелиться. Раз, еще раз… Люмьер просто подвывал. Он старался молчать, но не получалось – становилось все больнее. Раны жгли, сознание путалось, и лишь когда волк оказался на грани тьмы, Гранс остановился.

- Для первого раза хватит, - вынес он свой вердикт. – В следующий раз получишь вдвое больше. Не зли ат-тею, волк.

И вышел. Лязгнул замок, отсекая Люмьера от источника боли. Юноша свернулся в кокон, пытаясь спастись от боли, но она не проходила. Тогда он пополз к сену, где спрятал баночку с мазью. Извернувшись, попытался намазать снадобьем спину. Получалось скверно, но снадобье дарило спасение, и Люмьер старался – достать, заживить. А после, измотанный, растянулся на животе, так и сжимая мазь в руке.

Он не мог заставить себя пошевелиться. По щекам катились злые слезы. Последние! Точно последние! Никто, никто не посмеет снова его так унизить.

Однако разум говорил: посмеет. Посмеет, пока Люмьер не выберется. Не обманет охотников и девчонку. Зверь всегда умнее человека, он действует разумом и инстинктами, а не глупыми чувствами. И надо стать зверем, забыть, кто такой Люмьер. Пусть будет только волк! Сильный, опасный.