Случайная истинная

Такая забота согревает сердце и на мгновение я даже забываю о странном шевелении занавески. Жаль, что сама проблема от этого никуда не девается.

Все же стоит относиться серьезнее к происходящему в этом особняке. Убийство — это не какая-нибудь легкая кража. Да если б ко мне в квартиру в прошлом мире забрался грабитель, я совершенно точно боялась потом там одна оставаться какое-то время! А тут женщину убили… Видно произошедшее со мной перевоплощение слегка притупило восприимчивость к реальной опасности.

Пока идем в дом, Эйма щебечет о щенке и котенке, про которых они с Ноной сегодня читали.

— Как думаешь, человек поступил правильно? — задаю вопрос по тексту, надеясь, что правильно понимаю суть рассказанного.

Эйма пускается отвечать с еще большим энтузиазмом, и я облегченно выдыхаю. Выкидываю из головы все лишнее, принимаясь слушать более внимательно до самых дверей ее спальни.

— Иди пока к себе, я накину теплую шаль и приду.

Она кивает и вдруг обнимает меня за талию, утыкаясь носом в живот. Это так неожиданно, что я теряюсь. Даже не успеваю ответить на объятья — девочка уже отстраняется и шустро скрывается в своей комнате.

А я стою еще какое-то время в коридоре, хотя минуту назад торопилась скорее попасть к себе. Потом словно выныриваю из омута и поворачиваюсь уходить. Горло почему-то сдавливает ком. Делаю несколько глубоких вздохов, смахивая с себя это чувство.

Перед спальней оказываюсь уже в полной боевой готовности. Осматриваюсь, замечаю тонкую высокую вазу на столике у окна и беру ее в одну руку, стискивая как можно крепче. Тихонько поворачиваю ручку, толкаю от себя, резко распахивая дверь.

Окидываю внимательным взглядом открывшееся взору пространство, стоя еще на пороге. Не замечаю ничего подозрительного. Никого нет.

И все же спрашиваю твердым голосом:

— Кто здесь?

Тишина.

— Я видела тебя с улицы, выходи!

Ноль реакции.

— Покажись, или зову мужа!

Естественно звать я его не собираюсь. Да и вряд ли он сейчас такой уж надежный защитник… Графин-то со вчерашним зельем прихватил с собой. Да еще на голодный желудок. Бедняга.

Мои угрозы не имеют должного влияния, комната по-прежнему отвечает тишиной.

Медленно прохожу внутрь, закрываю дверь, но продолжаю стоять у входа, крепко сжимая вазу на изготовке запустить ее в первую попавшуюся на глаза голову.

Минута, другая, третья.