Я нарисую тебе смерть

Фрау Вагнер наблюдала за нами с улыбкой, а я все больше влюблялась в ее милого внука. Мы с Делле начали встречаться, впервые за два долгих года я была счастлива. Даже Киллиан Гримм больше не вызывал в душе той бури, что терзала меня раньше, влюбленный человек на прошлое зла не держит, а уверенно смотрит в будущее, которое кажется безоблачным и прекрасным.

Я рассказала Делле о злоключениях последних лет, и он посоветовал все оставить в прошлом, даже отпустить любимую сестричку Петру в самостоятельную жизнь.

— Она уже не маленькая, чтобы ты ее так контролировала, — объяснил мой добродушный парень, — представь, как тяжело самой Петре? Каждый шаг отслеживается всей семьей, вы ей и вздохнуть спокойно не даете, а ты стараешься больше других. Я понимаю, — он пресек мои возражения и повторил: — Я все понимаю, Сашенька, ты хочешь как лучше и любишь все держать под контролем. Но благие намерения ведут к темным богам. Ты можешь потерять сестру в итоге. И он победит в этой битве.

— Лето совсем скоро, и я все равно хочу уехать с Петрой в столицу. Там мне будет спокойнее, и контролировать ее не придется. Пусть строит эту самую… самостоятельную жизнь. А я присмотрю.

— Все-таки решилась уехать?

— Да.

— В таком случае… не возражаешь, если я поеду с вами?

Надо ли говорить, что после этого я ждала лето с особым нетерпением? Делле изучал право в местном университете, собирался перевестись в столицу и закончить учебу там, уровень оценок этому соответствовал.

Казалось, жизнь наладилась.

Но, само собой, все не могло быть настолько идеально. Один из летних вечеров я привычно коротала у фрау Вагнер, мы обсуждали детали отъезда и нашу с Делле жизнь в столице. Нас прервал стук в дверь и появление моего будущего жениха (о свадьбе на тот момент мы заговаривали часто). И что-то в облике Делле меня напугало.

— Что случилось? — шепотом поинтересовалась я после короткого поцелуя.

— Я… — Делле прошел в дом, закрыл дверь и бессильно к ней привалился. На парне лица не было. — Не думаю, что у меня получится с тобой поехать, Сашенька.

— Что ты такое говоришь?!

— Видишь ли… сегодня я узнал, что меня отчислили из университета. Перевестись теперь не получится, только заново поступать. Или забыть об образовании вовсе.

— Как это тебя отчислили? — недоумевала я.