Пятая дочь Владыки

Наги обращаются в людей, но делают это крайне редко, они быстры и очень выносливы, способны перемещаться на огромное расстояние практически без остановок. А главное, при необходимости могут двигаться даже под землёй.

– Ужас, – выдохнула я без притворства. Вот так идёшь, никого не трогаешь, а перед тобой змеища, которая тут же становится извивающимся человеком. Брр! И поддавшись порыву, обняла брата за талию. – Ты береги себя, ладно?

– А то, как же, – брюнет расплылся в довольной улыбке и обнял меня одной рукой.

Ладно, пусть потерпит. В конце концов, других сестёр, кроме нас, у него нет, а прямо сейчас рядом только я одна. – Кстати, Дейран про тебя интересовался.

– Не прошло и полгода, – пропыхтела я отстраняясь.

– Не злись. Он своеобразный, но не дурак, это точно.

– Кто бы сомневался, – согласилась я, совершенно не интересуясь умственными способностями Янтарного дракона. Оно и понятно, раз поступил в Академию и до сих пор живой.

– Скоро Дею предстоит участвовать в боях. И у него есть серьёзный шанс на победу.

– Это что, хвалебная ода? – грубить брату не хотелось. Но слышать, как он возносит самовлюблённого дракона, было выше моих сил.

– Нет. Ты разве не знала, что если наследников несколько, то раз в год устраиваются драконьи бои. Победитель считается наследником.

– Дикость, – заявила я, даже не представляя, что было бы в нашей семье, не будь Ланленара. Нам с сёстрами пришлось бы драться? Дубинками, подушками или поварёшками? Ещё мы все с детства обучены метать ножи, стрелять из лука.

Или победитель должен будет сплести что-то, связать, вышить крестиком Лозу?

– Драконы, – брат улыбнулся и пожал плечами. – У всех свои правила.

Спустя короткое время брат ушёл, а я сделала несколько кругов по комнате, переваривая полученную информацию. А после направилась к подругам. Всё-таки пить чай в гордом одиночестве это не моё.

Глава 18

Лаириэль

Возвращались мы поздно, но я не жалела об этом. Девчонки оказались приветливыми хозяйками. И вкусняшек, а так же рассказов для развлечения, не жалели.

В конце вечера у меня болел живот от постоянного хохота, а раскрасневшаяся Нанрис попросила прекратить, а иначе она просто лопнет от смеха.

Стараясь не топать каблуками по коридору, мы приблизились к собственной комнате и застыли, поражённо глядя на нашу дверь. А она, сияя наведённой красотой, то есть, разбитыми яйцами, отчаянно вопила и умоляла нас об отмщении.

– Кто? – прошептала я, поглядев по сторонам.

– Не знаю.