Мужик и принцесса

Мы еще будем разбираться в обстоятельствах гибели твоей семьи, чтобы наказать тех, кто ушел от возмездия в те годы, а сейчас от себя лично и от всей моей семьи хочу выразить тебе соболезнования. Ты в курсе о судьбе твоей мамы?

— Нет, — горько вздохнул я. — Я понимал, что у нее не было шансов выжить в условиях рабства, но когда и где она умерла, я не знаю.

— Она умерла приблизительно через два месяца после нападения на ваш дом, — сказал печально Лопухин. — Нам удалось проследить, куда увезли твою маму, но тебя мы, к сожалению, потеряли.

— Да, меня практически сразу увезли на самый юг Персии.

— Признаюсь честно — я незадолго до этого нападения направил к вам целую делегацию, целью которой было приглашение вашей семьи в Москву. Меня тогда мучила идея поженить вас с Настей, но мои люди опоздали буквально на несколько дней. Я вижу, тебя совсем не удивляют мои слова?

— Мама мне с четырнадцати лет постоянно твердила, что наш брак с принцессой — это идеальный вариант! Причем для обоих. Говорила, что на основании той информации, которой она владеет, Настя должна вырасти прекрасной девушкой и ее семья достойна получить такого сильного Катализатора, как я.

— Насколько силен твой дар? — спросил Лопухин.

— Трудно судить, — пожал я плечами. — Мама говорила, что я намного сильнее ее, но дар Катализатора меняется по жизни. Например, мама в молодости была очень сильна, но могла быть и сильнее, если бы в ее семье к ней и бабушке лучше относились. Их не обижали, но, скажем откровенно, не очень любили — они были как бы сами по себе.

А дар Катализатора очень сильно зависит от отношения окружающих людей. Чем сильнее Катализатора любят, тем мощнее его дар, и тем больше он отдает обратно через усиление магии близких людей. А нам с мамой откровенно не повезло, из-за чего наши дары сильно пострадали. Сами понимаете — пять лет рабства не в лучшую сторону сказались на моей сущности Катализатора.

Что касается мамы, то она двадцать лет мыкалась по жизни, пока не нашла папу, и дар ее к тому времени был уже сильно ослаблен.

Два неудачных брака, когда ей приходилось надолго закрывать свой дар, здорово подкосили маму. Она мне не раз говорила, что в пыточной второго мужа, барона Кельнера, оставила половину своего здоровья. Что мое рождение — это настоящее чудо, поскольку почти все ее внутренние органы были серьезно повреждены. Да и внешне ее тело было в очень плохом состоянии. Когда папа увидел ее шрамы по всему телу, он два дня не мог ни слова вымолвить.