Тёмное полнолуние. Укрощение графа Саркана

А вот что было дальше, как ни пыталась вспомнить, как ни напрягала свою истерзанную память, а ничего не выходило. Полная темнота и чернота.

И потом ещё это пробуждение в обществе мрачного графа.

Неужели я умерла от внезапного сердечного приступа и теперь попала в ад? На рай это место было похоже меньше всего. Да и Дрейвен Саркан совершенно точно не был ангелом.

Я мотнула головой. Нет, это всё не то. Какой ад, если всё такое живое и материальное?

— Ладно, подумаю об этом позже, — потерев виски, тихо пробормотала себе под нос.

Сумка. Где моя сумка? Почему-то мысли о тетрадях не давали покоя, жужжа в голове назойливой мухой. Наверное, я просто цеплялась за них как за последнюю ниточку, связывающую меня с домом. И так я себя накрутила с этими тетрадями, что когда в склеп вернулась летучая мышь, а следом за ней и сам граф Саркан, я даже испугаться не успела.

— Ничего не трогали? — первым делом недовольно спросил вампир, подозрительно прищурившись.

Я неопределённо повела плечом.

Как-то даже думать забыла про то, что можно было здесь всё ощупать. Настолько погрузилась в свои душевные терзания, что забыла о том, что мне здесь как-то ещё выживать придётся.

Граф беззвучно подошёл к картине и, не касаясь руками её рамы, осмотрел рисунок. Выдохнул. Нет, ну что за мужчина? Даже не будь я любопытна по природе своей, после такого поведения точно захотела бы узнать, что за секрет таит в себе этот простенький с виду набросок!

— Не трогала, — буркнула я.

— Где моя сумка?

— Сумка? — граф обернулся и удивлённо вскинул брови. — О чём вы?

— У меня была сумка. Большая такая сумка. В ней находятся очень ценные для меня вещи.

Я посмотрела в лицо вампиру со всей решимостью, на какую была способна в этот момент. Ну и что, что ситуация была смешной и абсурдной. Ну правда, кто будет так переживать за какие-то там тетради? Но для меня они действительно были сейчас самой важной вещью в этом мире. Буквально жизненно важной!

— То есть, подождите, проясню ситуацию.

— Граф демонстративно скрестил руки на груди, а весь вид его буквально кричал о презрении и даже какой-то брезгливости. — Вы сами, нарушив первое право собственности, проникли в мой дом, улеглись в мою постель, а теперь обвиняете меня в краже своих личных вещей? Я ничего не упустил?

— Но… — я поняла, что со стороны вампира всё выглядело действительно малопривлекательно и нелогично.