Наследники Шамаша. Том 2. Рассвет над пеплом

Приехав к Вайнхольдам рано утром, он недолго побеседовал с хозяевами и, перед тем как сесть в карету и укатить, вышел с Альжбетой в сад, и они долго беседовали. Девушка не уставала повторять, как она благодарна ему за помощь, священник же умолял ее не печалиться – скоро он обязательно приедет повидаться.

— Вы подарили мне жизнь, Дер Майахоф, — тихо произнесла Альжбета. – Я никогда не забуду этого. И всегда буду молиться о вас.

— А я буду молиться о том, чтобы у тебя, моя дорогая девочка, всё было хорошо, — ответил он.

Господин Бернхард нечасто заглядывал к Вайнхольдам, но каждый раз, как становился их гостем, подолгу беседовал с Альжбетой в доме или в саду, неизменно спрашивая, нравится ли ей у Вайнхольдов, хорошо ли они относятся к ней, не нуждается ли она в чём. Альжбета неизменно отвечала, что её всё устраивает, и никто её не обижает. Когда же она пожелала вернуть господину Бернхарду деньги, из которых она не потратила ни монеты, он попытался объяснить ей, что они ей понадобятся и что они подарены от всего сердца.

Но когда девушка продолжила настаивать на своём, господин Бернхард неожиданно похолодел, посуровел и жёстко сказал ей, чтобы она не оскорбляла его и приняла эту помощь. Альжбета больше не стала спорить.

Но в конце октября её ждал очередной удар – господин Бернхард уезжал из Кабрии, чтобы подавить очередное восстание людей, которые выступали за свое толкование религии. Адлар Бернхард ехал в самое пекло. Сражаться за веру.

«Сражаться за веру против тех, кто верит в того же Бога… — думала Альжбета, прогуливаясь с господином Бернхардом и господином Вайнхольдом по саду.

– Как это глупо и страшно!»

Господин Бернхард еще не уехал, но ей уже было страшно и одиноко. Она никогда не забывала Маркуса и его товарищей, поэтому если выходила в город, то только со служанками Вайнхольдов, накинув на голову глубокий капюшон, низко склонив голову. Она боялась, что кто-то мог узнать её, и она не сможет спрятаться.

— Всё будет хорошо, Альжбета, — тихо сказал ей господин Бернхард перед тем, как уехать.

– Вайнхольды не обидят тебя. К тому же, ты нравишься им. Ханс Вайнхольд хвалил тебя.

— Возвращайтесь поскорее, господин Бернхард! – грустно и испуганно проговорила Альжбета, махнув ему на прощание рукой.

И с того дня Альжбета молилась за него каждую ночь и каждое утро, с тревогой ожидая вестей, каждый день спрашивая господина Вайнхольда, что слышно из «тех» земель, и даже бегая на площадь в центр города, где можно было узнать все новости.