Наследники Шамаша. Том 2. Рассвет над пеплом

Злодей более не скрывал своих намерений – он кинулся за ней и через несколько шагов нагнал её, схватил за руки, зажал ей рот и что-то беспорядочно зашипел.

Альжбета приглушённо кричала в диком ужасе, выбиваясь изо всех сил, но хватка злодея была настолько сильна, что у неё не оставалось никакой возможности спастись. Нож упал в снег, и девушка попыталась отдавить ему ноги.

— Это я! – тихо восклицал неизвестный. – Это я, Ишмерай, успокойся! Что за дьяволица?!

И тут девушка поняла, что злодей заговорил на её родном языке чисто, ясно, без акцента.

Ишмерай застыла, перестав выбиваться. Низкий раздражённый голос показался ей знакомым до невыносимой боли. Хватка разжалась, и Ишмерай, медленно обернувшись, поглядела на незнакомца.

Пронзительно голубые глаза, золотые кудри, удивительно красивое суровое лицо.

Девушка тихо вскрикнула, зажала рот ручкой и потрясённо уставилась на Александра Сагдиарда, живого Александра Сагдиарда, который стоял перед ней и сурово глядел на неё.

Сколько раз за эти месяцы она думала о нём, молилась о нём, проливала слёзы и раскаивалась о своей с ним грубости. Сколько месяцев она прожила, думая о нем как о погибшем по её вине. Он не мог быть жив. Его должны были убить. Она обезумела.

Ишмерай отняла дрожащие руки от своего лица, взяла его руки в свои, непонимающе их оглядела, неверными пальцами дотронулась до его могучей груди, затянутой в кожаную куртку, ощутила его тепло, услышала аромат его кожи, положила руку на его грудь с левой стороны, и сердце его отчаянно забилось навстречу её теплу.

Он был жив. Глаза его горели ярким огнём, сердце его пылало обжигающим пламенем. Александр Сагдиард был жив.

Не то застонав, не то вскрикнув, Ишмерай прижалась к нему всем своим существом и крепко обхватила его, боясь, что если отпустит, он исчезнет, и она более никогда его не увидит.

Она почувствовала, как руки Александра нерешительно гладят её по голове и спине, тихонько сжимают её плечи.

— Я думала… — выдохнула она, плача без слез. – Я думала, ты умер!..

— И я так думал… — услышала она его голос, такой знакомый, грубоватый. Теперь же он показался ей самым тёплым на свете. – Они заставили меня участвовать в их войнах, и…

Ишмерай прижалась к нему отчаяннее, и ноги её ослабли. Она начала падать.

— Давай-ка присядем… — буркнул Александр, подхватив девушку.