Мироплеты

Ну, как сказать, выскользнула… По дороге она дважды споткнулась на ровном месте и вдобавок пихнула плечом задремавшего за стойкой аборигена. Абориген встрепенулся, икнул, подхватил стоявший перед ним стакан и выпил.

Обиделась? Ну, это вряд ли. Робин никогда не обижалась. Спорить она могла до посинения, к этому Трой уже успел притерпеться. Вспыхнуть, высказаться напрямик – тоже могла, сколько угодно. Вышутить, задать перцу, где надо, – всегда пожалуйста. Повоображать, распустить при случае хвост – что ж, и такое бывало.

Девчонка все-таки, не забывайте. Но обижаться, надувать губы, кукситься – это не про нее.

Не успел Трой решить, что ему делать дальше, – немного повременить или выйти наружу и осмотреться, – как двери забегаловки приоткрылись и внутрь заглянула широченная морда. Так-так! Мальчик медленно расстегнул куртку и присел за свободный столик. Сомнений быть не могло – вот и один из них. Тот самый медведь в коричневом свитере. Парень явно не из местных. Не сказать, что у Троя завелась тут пропасть знакомых, но городок невелик – многие лица примелькались за три года.

А такое лицо он точно бы запомнил. Почти квадратное. С мощным, выпирающим, как башмачный каблук, подбородком. Смуглое, красноватое и местами как бы приржавевшее. С густыми белесыми бровями – в тон коротко стриженым волосам, окружавшим крупный и, наверняка, исключительно крепкий череп.

Трой невзначай покосился на стоявший рядом стул. Деревянный. Довольно ветхий. Сосна или лиственница, уже не распознать. Прямые массивные ножки.

Оторвать переднюю, при случае, не проблема – силенок хватит. А вот хватит ли умения, если понадобится, оглушить противника первым же неожиданным ударом… Хорошо, чтобы хватило. Потому как против второй попытки, у парня, судя по всему, могут возникнуть веские возражения… Впрочем, горячиться раньше времени не следовало.

Тип в дверях заприметил Троя и отчетливо шевельнул челюстью. Видимо, что-то произнес вполголоса. Вслед за этим приоткрытая створка распахнулась настежь, и малый решительно протиснулся внутрь.

Сперва он немного замешкался в дверном проеме, слишком узком для его внушительных плеч, но, в конце концов, догадался поворотиться боком. Вернее сказать, не столько догадался сам, сколько последовал совету своего напарника, шедшего по его стопам.

Напарник, мужчина в стильном городском плаще, представлялся менее примечательной личностью, хотя, в качестве вероятного врага, безусловно заслуживал внимания. С виду ему можно было дать лет сорок с небольшим.