Мироплеты

А что, крепко ли ему икалось, когда вы виделись с ним в последний раз?

– Чуц лыгум! – сказал непонятное Блурд. – Не смей говорить о нем плохо, щенок! Вермис – великий человек! Истинный потомок Шодалла! Непревзойденный дейдарх от предначала Идема и до сего дня!

– Знавал я дейдархов и похлеще, – Трой выпалил совершенно наугад в надежде зацепить противника и прояснить, что стоит за его последними словами, о смысле которых сам он не имел ни малейшего понятия. – А уж в старом добром предначале таким мастерам, как дядя Вермис, небось, только овечьи загоны доверяли вычищать.

..

Получилось не очень.

– О чем ты толкуешь? – искренне изумился Блурд. – Оглянись вокруг! Кто еще мог сотворить такое, кроме истинного дейдарха?

Мальчик непроизвольно огляделся, но ничего кроме потемневших от старости кирпичных стен и тусклых окон под потолком не обнаружил. Рассевшиеся за столиками горожане обменивались дневными впечатлениями, беседуя и перешучиваясь друг с другом сквозь непрожеванный картофель.

Шерил крутилась возле стойки, мерцая розовыми серьгами, и старательно не смотрела в сторону Троя с его невоспитанными сотрапезниками.

– Никто не смог! Никто даже не пытался! – продолжил сыпать загадками Блурд, один за другим выуживая из стакана ледяные осколки и с треском разгрызая их крупными желтоватыми зубами. – От прежних дейдархов остались только имена, хотя и этого они не заслужили. Сколько их родилось в Идеме от начала времен? Пальцев не хватит пересчитать. А что они совершили? Ничего! Чем занимались до конца своих дней? Просиживали задницы в Фатхэйне вместе с прочими мироплетами.

Не смели слова сказать против трусливых предписаний Инлинана.

Дальше Трою пришлось выслушать немало хулительных изречений, отпущенных Блурдом по адресу зловредных мироплетов. К сожалению, ни одно из них не проливало свет на то, кем эти самые мироплеты являлись по существу, а также по роду своих занятий. Чем зарабатывали себе на жизнь. Помимо, разумеется, просиживания задниц в каких-то важных креслах.

Досталось мимоходом и некоему королю, точнее сказать, нарсишу, мозгов в котором, по мнению Блурда, было не больше, чем у последнего клубня. Веками, как выяснил Трой (а с ним и кучка зевак за соседним столиком), долгими веками Тнир и Кром, мироплеты и их дворцовые подпевалы, вынуждали Идем топтаться на месте, как топчется евпохлап в своем болоте. Страшились на шаг отступить от давно прогнивших устоев. Однако их время кончается.