Мироплеты

Все это у Троя могло бы образоваться со временем. Это или что-нибудь другое, столь же прекрасное… Если бы не проклятый хладножор. Если бы каждый следующий приступ не грозил обернуть его авлантскую природу против него самого…

– Доброй иларги, Висахар! – поприветствовала позднего гостя Марта.

– Доброй иларги, Манот! – вошедший склонил голову. Одуванчиковая желтизна его волос с годами несколько потускнела. Во встрепанной вечерним ветром шевелюре проглядывала белизна. Выглядело так, будто этот одуванчик, уже третий по счету в гостиной Мейсонов, помаленьку начал отцветать и покрываться пушистыми семянками.

– Добрый вечер, дедушка! – в свою очередь поздоровался Трой, слегка запнувшись на непривычном обращении. Если припомнить, последний раз подобную фразу он произносил много лет назад, еще в бытность свою на ферме.

Рут тоже что-то сказала, почти одновременно с Троем, – мальчик не расслышал, что именно, – после чего впилась в Висахара взглядом и уже не сводила с него блестящих, испуганно-вопросительных глаз.

Полноватое лицо трелунта все еще сохраняло гладкость, хотя из-за толстой огрубевшей кожи напоминало скорее о гладкости прибрежного валуна, тщательно отшлифованного волнами и временем. Лишь поперек мощного лба и на висках пролегли изрядные морщины, имевшие приятную форму и наводящие на мысль о недурном характере их владельца. По выражению этого лица нельзя было прочесть ничего определенного, кроме легкой усталости, да еще – неподдельной приязни ко всем, кого Висахар видел перед собой в этот вечер.

– Вот так удача! Смотрите-ка, кто пришел! А мы-то ждали совсем других посетителей, – сообщила Марта, разом перестав прямить спину и с облегчением откинувшись в кресле. – Выразить невозможно, как мы рады вашему появлению, дорогой друг! Сидгорд, помоги раздеться нашему гостю.

– Пустяки! – Висахар самостоятельно избавился от пальто и, оглянувшись по сторонам, небрежно повесил его на толстый гвоздь, торчавший из стены. Гвоздь остался от прежних жильцов, и за истекшие три года семейство Мейсонов еще не успело решить, как извлечь из него максимальную пользу.

– Вас уже уведомили о посланцах Вермиса, Висахар? – Марта вздохнула. – О пустеце и прочем?

– М-да… Что тут скажешь, Манот... Сид назвал мне тех, кто должен к вам пожаловать. Блурд Кезох! Эта птица нам известна. Тип не слишком приятный, как и большинство ему подобных. Он ведь сныщ по происхождению.

– Сныщ? – Марта презрительно скривилась.

– Да, но далеко не самый скудоумный, следует признать.