Королевство Праха и Костей

Магия была уделом лишь богатых и привилегированных. Никто из нашего брата и капли не мог выдавить без риска свернуть себе шею потугами. А тут - целое море, безбрежный океан могущества!

Понимаю, это звучит безумно - упиваться болью, млеть от ужаса. Словно последний наркоман, мазохистка. Но кто бы знал, каково это - вот так, разом, шагнуть из серой обыденности в ослепительный вихрь чуда! Прикоснуться к запретному, вкусить немыслимого. Пускай и под пыткой, пускай на грани жизни и смерти - а всё ж пьянит похлеще вина!

Амелия, кажется, не подозревала о моих противоречивых чувствах.

Скрючив пальцы, точно когти дикой птицы, она сжимала кулак всё сильнее, вдавливая магические оковы в трепещущую плоть. Хрупкое стекло бокала брызнуло осколками, впиваясь в ладонь. Алая кровь закапала на ковёр, но эта боль меркла в сравнении с той, что разрывала лёгкие.

Я рухнула безвольной куклой. Мышцы немели, кости хрустели, мозг плавился от чудовищного давления. Но даже теряя сознание, я продолжала странно наслаждаться этой пыткой.

Словно в горячечном бреду, словно под веселящим порошком - отчаянно цепляясь за ускользающие ощущения невиданной силы.

- Ну что, доигралась, мразь? - прошипела Амелия. Её голос доносился словно из-под толщи воды - глухо, искажённо. - Думала, тебе это с рук сойдёт? Да я тебя на куски порву, ничтожество!

Всё поплыло перед глазами. Сквозь алую пелену я невольно залюбовалась своей мучительницей - прекрасной и ужасной, будто языческая богиня. Зрачки Амелии потемнели и расширились, точно от желания, а по волосам и коже пробегали змеистые всполохи.

Неужто это и есть лик безграничного могущества? Неужто таким становится маг в миг высвобождения силы?

Не знаю, сколько это длилось - миг или вечность. Наверное, я бы так и погибла, упиваясь собственной агонией, если бы внезапно не раздался повелительный окрик Николаса:

- Довольно, Амелия! Прекрати немедленно. Ты же её прикончишь!

Хватка на горле ослабла, и я со стоном повалилась на ковёр, жадно глотая живительный воздух. Грудь раздирал надрывный кашель вперемешку со всхлипами, горло саднило, точно ободранное.

Несколько минут я просто лежала ничком, мелко дрожа и силясь отдышаться.

Постепенно в голове прояснилось. С трудом приподняв тяжёлую, гудящую голову, я обвела мутным взглядом застывшую компанию. Кристиан и Винсент таращились на меня с отвисшими челюстями. Амелия раздувала точёные ноздри, с ненавистью буравя меня взглядом. И лишь в глазах Николаса за ледяным презрением проскальзывало нечто... странное.