Миднайт

Надеюсь, то, что я вынужден пить кровь, не заставит тебя относиться ко мне как к вампиру?

— Перестань, — оборвала его Мелисса. — Я же знаю, кто ты и какой ты. Но почему ты не можешь рассказать всю правду своим подданным?

Саймон снова нахмурился и тяжело вздохнул.

— Я опоздал. Пока я был маленьким, мне не давали и рта раскрыть. Когда я вырос, я уже не мог изменить общественного мнения, да и, в общем-то, в этом не было необходимости. А после смерти отца это стало еще и опасно. Времена были и остаются тревожными, и мне выгодно, чтобы меня считали унаследовавшим силы моего отца, потому что его уважали и боялись.

А правду обо мне знает только Морена и теперь вот еще ты.

«И еще целая куча затворников! — подумала Лисса, вспомнив, как Венди рассказывала ей о смешанном происхождении принца. — Интересно, где они это раскопали?»

— Теперь ты понимаешь, почему я не в обиде на тех, кто называет меня вампиром?

— Но ты ведь выгнал эту девчонку, Таллулу, — напомнила Мелисса.

— Выгнал. Ее поступок, конечно, был храбрым, но спускать это ей с рук никак нельзя.

Да, для всех я вампир, но я еще и наследный принц, если ты забыла. А дерзить принцу никто не имеет права.

— Важная ты персона, мистер принц! — усмехнулась Лисса. — И как только ваше высочество умудрилось так низко пасть — крутить шашни с человеком, да еще и на глазах у всей страны?

Саймон рассердился.

— Прекрати, — шикнул он на Мелиссу. — Тебя может кто-нибудь услышать. В этом обиталище сплетников и злоязычников даже у стен есть уши.

— Ах да, я и забыла, — закатила глаза Лисса. — Черт возьми, как же мне надоела эта конспирация!

— Но с этим ничего не поделаешь, — резко ответил принц. — Пойдем, тебе нужно еще успеть на обед в трапезную для фрейлин.

Лисса сразу поникла.

— Почему мне обязательно надо с ними обедать? — жалобно спросила она. — Разве я не заслуживаю хоть один обед с тобой?

— Милая, это я не заслуживаю обедать с тобой, — тихо ответил принц, пересел к ней на диван и обнял девушку за плечи. — Прости, но так надо.

Если ты хочешь сохранить себе жизнь, тебе придется играть в эту игру, потому что по-другому я не смогу защитить тебя. А коль скоро ты изображаешь фрейлину, то должна вести себя как фрейлина и делить трапезу с другими фрейлинами.

Лисса вздохнула. «Вот здорово, еще одно застолье в компании этих фальшивок!»

— Кроме того, если кому-нибудь вздумается меня отравить, мне не хотелось бы, чтобы мой дегустатор бился в предсмертной агонии в твоем присутствии.