Замок. Веретено. И Игра Теней

- Это ты так теперь развлекаешься? – серебристая бровь насмешливо изогнута. И этот взгляд. Злой и нежный. Горячий и холодный, от которого бросает в жар, а кожа покрывается мурашками.

Медленно пытаюсь осознать произошедшее. Падаю с окна, лечу вниз, вот уже и земля рядом. Я должна была расшибиться в лепешку. Но вместо этого белобрысый вестник богов держит меня в руках и усмехается так, что хочется сказать ему какую-нибудь гадость.

- А вы что же, сэр Керан, изволите гулять ночами? Что скажет на этой ваша госпожа?

Керан молчит, лишь в зеленых глазах что-то дрожит, и не в силах выдержать этот взгляд, опускаю глаза.

- Почему ты ослушалась меня и покинула Драконью Лапу? – вдруг произносит вестник. – Ты понимаешь, какому риску ты себя подвергнула?

Заботится обо мне? Что-то слабо вериться. Наверное, просто не хотел, чтобы я видела, как он милуется со своей Агнесс.

- С чего ты взял, что я стану тебя слушаться? – заявляю дерзко, вскидывая подбородок. – Ты вдруг решил, что можешь мне приказывать? Но нет, Элая Фиантен подчиняется лишь самой себе.

Его взгляд заледенел, он стиснул челюсти. Я его довела. Торжествуя, рывком спрыгиваю с его рук и пускаюсь к двери и дергаю за кольцо. Да что за невезенье! Дверь заперта. Поднимаю руку, чтобы заколотить по металлу, Керан подставляет ладонь. Он позади меня так мучительно близко, что меня всю трясет. Надо как-то сбежать, пока я еще владею собой. И это коварная ночь. Слишком упоительная, слишком душная, слишком сладко пахнет цветами, от которых кружится голова.

- Почему ты избегала меня эти три дня? – хрипло шепчет Керан, зажимая мой кулак и пригибаясь к уху, вызывая сладкую дрожь.

Ворот длинной рубахи съехал на бок, открывая изгиб плеча.

- Я так хотел видеть тебя, проводил ночи напролет, сидя под окном твоей башни, как дурак, - его приоткрытый рот скользит по моему обнаженному плечу, и я уже ничего не слышу от бешеного грохота сердца в ушах, - почему ты была так жестока, Элая?

Вестник богов терял контроль, и мне стало страшно. Я была не в силах противостоять его силе, его огню, которым он обжигал меня каждым своим поцелуем.

Где-то внутри еще билась надежда, что Дарина вот-вот проснется, спустится на первый этаж и отопрет дверь. Но затем рука Керана стянула рукав рубахи еще ниже, так что стали видны очертания груди, и он припал таким невыносимо долгим поцелуем к нежной коже, что все мысли разом вылетели из головы.

Он судорожно втянул воздух, рывком поворачивая к себе и прижимая спиной к стене, увитому плющом.