Пламя моей души

Отец порой к брату младшему, но разумному, обращался за советом, когда совсем худо приходилось, и земли самые южные, посчитай, под его присмотром были много лет, особенно тогда, как князь захворал.

Леден повстречал его во дворе, как тот лишь в ворота заехал. Где-то позади догоняло его сопровождение, много сетуя, верно, на проворность боярина. Стрый по-молодецки лихо спешился и окликнул братича громко — что тот, уже скрывшись за стеной терема, его поначалу и не заметив, услышал и сразу по голосу узнал.

— Вот же ты, Леден, — захохотал Знаслав, обнимая его крепко, до хруста костей, — всё думаю, когда в плечах раздаваться прекратишь? А ты всё могучее и могучее становишься.

Девичьим взорам услада, врагу — страх.

Тот усмехнулся только. Стрый всегда на слова был горяч: на пиру порой только его одного и слышно, а другие лишь сидят, жуют да слушают его. И себя он восхваляет, брата ли или его отпрысков — а звучит это порой не хуже, чем сказитель под гусли споёт.

— Ты чего не предупредил, что едешь? Встретили бы тебя все у ворот, — Леден высвободился и хлопнул ладонью его по плечу.

Позади уже спешивались кмети из его ближней дружины, беззлобно подначивали знакомых стражников да поглядывали на челядинок, которые недалёко пробегали по двору с корзинами полными снеди — для пира будущего.

Стрый прищурил жгуче карие глаза, пряча улыбку в курчавой и тёмной, словно медвежий мех, бороде. Похож он был на Светояра, да так, будто все черты родительские, что им обоим достались, проявились в нём гораздо ярче.

Светояр не такой был: более светловолосый, почти русый и с глазами не цвета старой сосновой коры, а скорее мёда липового. А уж как смешалась его кровь с кровью жены, которая, хоть северянкой и не была, а очень на тех женщин походила, так и вовсе вряд ли кто из незнающих теперь мог признать в Знаславе стрыя княжичей.

— Так я что, не знаю, куда ехать? — разулыбался боярин. — Встречать и провожать меня не надо. Не маленький и не чужеземец здесь.

Вот уж верно говорит: детинец всегда ему домом был.

Княжичем он родился, да землями своими отдельными обзаводиться не пожелал. И у отца не стал просить, чтобы тот надел ему какой отрядил, как оно порой бывало. Остался служить старшему брату, посчитай, наместником его стал в отдалённых краях княжества.

Знаслав снова окинул Ледена одобрительным взглядом, а после ему за спину посмотрел — и глаза его вдруг округлились, а лицо, точно яблоко, аж залоснилось.

— Что за пава? — он качнул головой вперёд.