Опаленные души. Часть третья: Алый огонь

Валери замерла и… подумала, почему ей не плевать? Но что-то хрупкое и полузабытое (возможно ее женская гордость) злобно подняло голову, и Валери ощутила редкую для себя эмоцию. Она разозлилась.

– Тебя что-то не устраивает в моей фигуре? – раздраженно спросила Гринфайер.

Красноволосый фыркнул и неопределенно помахал рукой. Бровь Валери раздраженно дернулась, а зубы хищно оскалились. А потом она медленно сняла маску, и глаза «пахана» панически расширились.

– Здравствуй, Гордон, – прорычала Валери Гринфайер.

Бандюганы за спиной главаря пораженно выпучились на женщину с волчьими чертами. Красноволосый же тяжело сглотнул.

– Вел! – преувеличенно бодро воскликнул он. – Сколько лет, сколько зим! Как там твой братан поживает? – весело спросил Гордон Свенсон, один из шести участников одиозных «смотрин» Зака Свенсона.

Его рука машинально потянулась к хлысту, висящему на поясе. Валери оскалилась улыбкой, полной острых клыков. Бандюганы вздрогнули и скрылись в глубинах бара, подло бросив своего «пахана».

– Тебя что-то не устраивает в моей фигуре? – снова повторила Гринфайер.

Теперь в ее голосе слышалось отчетливое рычание. «Пахан» очень грустно на нее посмотрел, после чего тяжело вздохнул и снял хлыст с крепления.

– Прости детка, но насчет груди я всегда предельно серьезен, – очень серьезно сказал Говард. – И когда я говорю, что у тебя маленькие…

И на этих, полных мужских принципов, словах, ужасающая, безжалостная битва началась. До Ренаты донеслось громкое рычание, свист разрезаемого кончиком хлыста воздуха и треск пламени.

Она отвела глаза от вывески, окинула взглядом частично разрушенную улицу и пошла внутрь бара. Там ее встретили напряженные до предела бандюги, забаррикадировавшиеся за столами и одинокая фигура, напивающаяся в глубине. Судя по кружке рядом с фигурой, раньше рядом с ней кто-то сидел и сопровождал в нелегком алкогольном пути.

Рената оценила внутренности бара и двинулась к одинокой фигуре.

– Здравствуйте, Кэтрин, – вежливо сказала Чендлер, садясь на место недавнего собутыльника.

Лежащая на засаленном столе женщина что-то невнятно прогудела. Рядом с ней лежал пожелтевший от старости рисунок молодой девушки и куча отчетов о еще большем количестве девушек. Рука женщины лежала поверх всех этих листов… наверху каждого из них значилось ПРОПАЛА БЕЗ ВЕСТИ или МЕРТВА дрожащим, грубым подчерком. Чендлер непонимающе нахмурилась… ей казалось, Кэтрин ищет Вивьен, чтобы отменить брак.