Мелодия из семи нот

«Зачем ты ушла из круга, девочка?» — Голос в голове звучал все громче с каждым днем, словно кто-то, обращавшийся к ней, постепенно приближался. Она боялась, что однажды этот голос заглушит все звуки: и шум дождя, и ругань, доносившуюся с первого этажа, и мелодию, которой она боялась, но не могла перестать крутить в голове.

«Зачем ты ушла из круга? Чего ты хотела?» — Продолжал шелестеть голос. По спине Изабо бежали мурашки. Она чувствовала, что лоб покрыт испариной, но даже не думала о том, чтобы встать и умыться.

Кувшин с водой стоял в углу комнаты нетронутым уже которые сутки.

— Свободы, — прошептала она потрескавшимися губами, — я хотела свободы. Хотела совершить… что-то, чтобы мое имя услышали, чтобы обо мне узнали… вспомнили.

«А получила что?» — В голосе звучала издевка.

Изабо облизала губы и поднялась с кровати. Подошла к окну. Серые свинцовые тучи заволокли небо — совсем не удивительно в это время года. Хотя, сейчас ее ничего не удивляло, словно весь мир вокруг стал блеклым, куда серее, чем эти самые тучи.

Дождь барабанил по крыше и по стеклу. Не обращая на него внимания, Изабо распахнула окно, чтобы грязь и подтеки не мешали ей увидеть Морозные горы — цель ее путешествия.

Заснеженные шапки размытыми силуэтами виднелись за пеленой тумана. О том, что они покрыты снегом, она могла лишь догадываться — разглядеть было невозможно.

Холодный осенний воздух ворвался в комнату, ледяные капли упали на лицо.

— Я получила свою свободу, я выгрызла ее из горла смерти! — прокричала она в вечерний полумрак.

Ответом был лишь протяжный и жалобный собачий вой.

Нота третья. Минуя смерть

Изабо лежала на спине и смотрела на небо, усыпанное миллиардами звезд. Редко выпадала такая возможность. Чаще всего оно было затянуто густыми серыми тучами — хорошо, если не лил промозглый противный дождь. Да и времени на то, чтобы просто полежать не было. Чем ближе финальная битва, тем страшнее становилось ей. Какое-то гадкое предчувствие не покидало с того момента, как маленький отряд взял курс на Денерим.

Изабо изо всех сил старалась не придавать ему значения, но не могла. Мысли все равно возвращались к нему. Она не могла понять, о чем именно так отчаянно кричит ей чутье, и только в одном могла быть уверена точно — это был не страх смерти.

«Сколько раз я была на волосок от гибели? Уже и не сосчитаешь».

Изабо лежала на земле, которая уже не казалась такой твердой, как в первые дни ее путешествия.