Мелодия из семи нот

Изабо просыпалась в холодном поту, жадно хватала воздух, с трудом понимая, что все закончилось, что огромные драконы, полчища тварей совсем не похожих на людей, поле битвы, усыпанное телами — это лишь сон. Причудливая игра Тени.

Сколько времени прошло с начала их путешествия? Три месяца? Четыре? Она все еще помнила тот самый первый кошмар. Помнила так, будто он приснился ей только вчера. Река порождений тьмы, над которой в кроваво красном небе распластался огромный черный дракон. Она чувствовала его силу, ощущала на коже его горячее зловонное дыхание, но ничего не могла поделать.

Даже закричать не хватало сил. Дракон смотрел на нее, видел все потаенные страхи и наслаждался этим, упивался ее горем, ее отчаянием, ее бессилием. Она проснулась вся в поту, дрожа от холода, хотя огонь в костре еще не прогорел. Небо было темным и серым, а до рассвета была целая вечность.

— Кошмар? — Рядом сидел Алистер. Он сразу же снял со своих плеч одеяло и накинул на нее.

— Да, — кивнула Изабо, понимая, что лгать бесполезно — никто не просыпается в страхе от того, что ему щекотали пятки разноцветные бабочки.

— Огромное море порождений тьмы. Это же... это всего лишь сон?

Ее голос дрожал.

— Не совсем, — Алистер вздохнул. — Я сам знаю немного. Не я должен бы рассказать тебе обо всем этом. Не я. Так выходит, что, приняв в себя скверну, мы начинаем чувствовать порождений тьмы и Архидемона.

— Он выглядит как дракон?

— Не знаю. Я же всего лишь новобранец…

Ночи всегда были наполнены кошмарами. И чем дальше, тем больше их становилось.

Нельзя просто взять и стереть из памяти то, что въедается в нее крепко-накрепко. Но время — странная вещь. Оно стачивает углы, стирает границы, делает привычным то, что когда-то казалось диким и пугающим.

Изабо все так же просыпалась от кошмаров, выходила на воздух, делала пару глубоких вдохов, пила, немного сидела у потухшего костра, чтобы успокоить мысли, и возвращалась обратно, чтобы снова заснуть и увидеть очередной кошмар. Некоторые повторялись из раза в раз, поэтому она помнила их до мельчайших деталей.

Стоило только закрыть глаза, как в памяти всплывало бледное лицо мальчишки, жизнь которого зависела от ее выбора. Изабо помнила, как всего лишь на мгновение задумалась о том, стоит ли рискнуть. Она не любила риск. Не умела ставить на карту все, чтобы выиграть в несколько раз больше. Ей было необходимо взвесить выборы, как следует обдумать.

«Если бы у меня только было время на это», — она села и подвинулась ближе к затухающему костру.