Мелодия из семи нот

Она не думала о прошлом, просто сидела и перебирала ругательства, которые бы хотела высказать в лицо «бастарду, сучьему сыну, демонову отродью».

— Сволочь, сучий выродок, ублюдок, кусок… огрызок черствый и бездушный, псина шелудивая. — Слова застревали в горле, когда она выплевывала их вместе со всей злостью, которая, хоть и притупилась от выпитого, но не растворилась в нем до конца.

Громкий настойчивый стук в дверь застал Изабо, когда она готовилась наполнить очередную кружку — сама уже не помнила, какую по счету.

— Можно? — Голос вошедшего показался ей знакомым. Слишком знакомым. Ей потребовалось время, чтобы понять, что в маленькой комнате на втором этаже таверны на самой окраине столицы перед ней стоит не кто иной, как сам король Ферелдена.

— Разве я могу запрещать что-то королю? — Язык с трудом шевелился, так что Изабо пришлось приложить усилия, чтобы слова звучали уверенно.

— Я услышал, что ты в столице. Удивился, не поверил сначала…

— И дальше бы не верил, — перебила его Изабо.

Она не могла выставить его из комнаты. Была не в том состоянии, чтобы даже пытаться бороться с мужчиной. Да и ни одного толкового заклинания она бы сейчас не смогла сплести.

В комнате на какое-то время повисла тишина. Алистер все так же стоял возле двери, Изабо сидела за столом. Лучи закатного солнца, пробиваясь сквозь запыленное окно, слабо освещали комнату. Свеча на почерневшем от копоти блюдце уже догорала.

— И когда ты собирался поделиться со мной… новостью? — наконец спросила она, не отводя взгляда от бутылки.

На Алистера она смотреть не хотела и не собиралась. Знала, что он стоял, изучал носки своих сапог, как всегда, когда чувствовал вину.

— Я бы сказал.

— Когда? — повторила Изабо вопрос. На этот раз настойчивее. Ее снова начинала душить обида — не на то, что у него появился ребенок, а на то, что он не посчитал нужным сообщить об этом. — Когда я, по твоему, должна была узнать эту прекрасную весть?

— Не было подходящего момента…

— За год? Мы виделись три раза, Алистер.

И за эти три раза ты даже ни словом не обмолвился о том, что скоро случится. Я не достойна правды? — Язык все еще заплетался, но мысли уже становились яснее. Наверное, он неожиданной встречи и неприятного разговора Изабо начала трезветь.

— Я не думал, что это важно.

— Не думал… Знаешь, мы ода слишком мало думали. Пора, наконец, заняться этим и прекратить все. Ты должен быть рядом с ребенком.