Любовь дракона

Слышалось только мерное яростное гудение пламени, звонкий лязг и стук о каменную поверхность да хеканье вперемешку с негромкой руганью от ушастой воительницы.

Неожиданно драконий огонь ослепительно вспыхнул и охватил алтарь и эльфийку, заливая все вокруг оранжево-алыми жаркими всполохами.

В толпе собравшихся словно ветром пронеслись ошарашенные вздохи.

Еще ни разу ни на чьей памяти не было, чтобы дракон утратил контроль над собственным пламенем. А тут сын повелителя жену спалил. Это что же, не бывать священному обряду? Да и эльфийку жалко.

Девица-то оказалась неплохая. Разглядела опасность и на защиту всего народа драконов кинулась, сообразив, что предпринять. Опять же жребий проводить придется и новый полет организовывать к ушастым в леса за шиниари.

Но бушующее пламя у алтаря стало спадать, и на ослепительно-белой поверхности ритуальной скалы, гладкой, как мраморная столешница, все увидели стоящую на коленях хрупкую длинноухую фигурку со сложенными перед грудью ладонями и склоненной головой.

Лицо эльфийки скрывали тяжелые золотистые волосы.

Измочаленный посох со сплющенными и погнутыми шипами валялся рядом.

Когда Любу охватило пламя, в голове девушки неожиданно радостно взревел голос очухавшейся Шизы и в приказном порядке потребовал лезть на камень и молиться богинькам.

«Давай! Молись уже скорее, я тут и так еле выжила! Эта пакость из меня силу жрала, когда пробудилась и почуяла во мне магию богинь. Вовремя ты ее прибила, хорошо палкой машешь. Уважаю! Вот своей, то есть эльфячьей, магией ты пользоваться не умеешь! Так что у нас осталась все та же проблема.

Зови уже хозяек этого мира. Или эти вертихвостки всесильные тебе помогут, или пропадем почем зря, хоть и спасли этих крылатых ящериц. Сейчас-то богини тебя тут услышат! Точно говорю, чую».

Поскольку других идей не было, а пламя вреда не причиняло, ласково ероша волосы теплыми потоками воздуха, Любе ничего не оставалось, как послушаться ИИшного мозгового червякашку.

Молилась она по-православному, как умела. Хоть и не особо верующей была при той жизни.

Крест не клала, но на колени опустилась и голову склонила. Все же взывала о помощи, а не поболтать звала.

Явились близняшки, сияющие, как рождественские лампочки в гирлянде.

Дирайя своих драконов осмотрела да сразу же валявшийся посох старика-шамана схватила.

По тому, как округлились глаза всех присутствующих, Люба догадалась, что небожительниц они не видят. Посох висел в воздухе и постепенно менял свой внешний вид, становясь меньше и тоньше.