Ставка на принцессу

Алиниалла, хоть и не отличалась никогда особым умом, была крайне амбициозной и целеустремленной особой, а брак с бароном Кинаэлем, спешно устроенный дедом после моего рождения, своим ужасным мезальянсом испортил прекрасной снежной эльфийке все начинания. В ее планы уж точно не входило после сиюминутной интрижки, неожиданно обернувшейся незапланированной беременностью, оказаться запертой в далекой от столицы провинции. В отличие от жены, барон никогда не стремился в свет и с удовольствием жил вдали от Паррасской суеты, ну, а матушка, выйдя замуж, лишилась содержания от отца.

Барон, несмотря на полученное обширное приданое, так и не смог полностью поправить свое материальное положение, хоть и сумел закрыть большинство кредитов, поэтому и купить особняк в столице для супруги не мог.

- Именно, дочь! В Паррас скоро прибывает Ир’Гриар Поднебесный, и поэтому наш король Авард V выслал на твое и мое имя приказ явиться во дворец, где будет гостить му…жчина, доставивший мне… массу неудобств.

- И главное из них я? - привычно подколола я мать.

- Не придирайся к словам! - также привычно отмахнулась та.

Подобные перепалки случались у нас каждый раз, как только мать приезжала к деду. Благо, происходило это нечасто. Алиниалла меня не любила и никогда не скрывала этого. Если задуматься, наверное, она имела на это полное право, ведь я своим появлением фактически сломала ей жизнь, но… Меня же никто спрашивал! Все решил в свое время дед.

Он вообще из-за меня много и сильно начал ее воспитывать, ведь, в отличие от родной матери, дед меня очень сильно любил.

Он даже с большим скандалом и долгими судебными разбирательствами добился, чтобы его титул перешел мне, как наследнице, а не его недалекой умом дочери или ее детям от барона. Тогда злобно шипел даже король, но оспорить решение суда не смог. Давний закон, на который ссылался дед, в свое время забыли отменить, и де-юрэ он имел полную юридическую силу. Маманя, на тот момент уже беременная братом, орала, как резанная, ее муженек тихо кусал локти от злости, а мне было наплевать. Никогда не страдала жаждой власти, особенно, в пять лет.

После этого дед хотел забрать меня к себе на воспитание, но маман решила отомстить ему за все обиды и подала в суд на признание единственно материнской опеки. А мстить ей было за что. Во-первых, дед запретил избавляться от плода, когда выяснилось интересное положение его непутевой дочери. Во-вторых, он не позволил магически ускорять и обезболивать роды.